— «Вялое»? Что вы имеете в виду под…
— Под тем, что обвинители Гортов неизменно отказываются от заявлений или исчезают. В лучшем случае дело закрывают на старте или оно разваливается в середине. Возможно, вы думаете, стоило давить сильнее… таскать их каждую неделю на допросы… провоцировать на глупости. Может, с кем-то еще это бы сработало. Но здесь есть нюанс, о котором я не упомянул. В поляризованном Уайт-Ривер расовые взгляды Гортов сделали их народными героями для значительной части белых. Плюс религия. Близнецы — последователи Церкви Белого Наследия Катскилл-Маунтин. А один из их преданных прихожан — наш неизменно популярный домашний апологет превосходства белых Гарсон Пайк.
— Господи Иисусе, — сказал Клайн.
Имя Гарсона Пайка зацепило память Гурни. На миг он не мог уловить, почему. Потом вспомнил дебаты на RAM-TV между Блейзом Лавли Джексоном и суровым мужчиной с периодическим заиканием, уверявшим, что чернокожие виноваты во всех бедах Америки.
Клайн нахмурился:
— То есть решение не преследовать их было, по сути, политическим?
Бекерт ответил без паузы:
— В конечном счете все наши решения — политические. Такова реальность демократии. Власть — воля народа. Атакуй народных любимцев — и пользы не будет никому: уровень злости только вырастет. Особенно когда улики тают и шансов на приговор нет.
Клайн выглядел недовольным — и это, по мнению Гурни, свидетельствовало о здравом уме.
— И что изменилось сейчас? — спросил он.
— В каком смысле?
— Вы сказали, Терлок охотится на близнецов Горт. Это так?
— Да.
— С ордером?
— Да.
Клайн нахмурился еще глубже:
— На каком основании выдан?
— Имеются веские основания полагать, что Горты — члены группы «Рыцари восходящего солнца», что они, возможно, напрямую причастны к убийствам в парке Уиллард, и что на их частной территории мы обнаружим подтверждающие это доказательства.
— Что сломало политический расчет, до сих пор их оберегавший?
— Как бы ни приветствовались убийства в определенных кругах, оставленные на детской площадке трупы меняют правила. Это делает их арест и преследование приемлемыми для большинства наших граждан. И осуществимыми — если действовать быстро.
— При условии, что вы отыщете убедительные улики, связывающие их с «Рыцарями восходящего солнца». И с убийствами.
— Я уверен, мы найдем необходимое. Но не менее важно описать ситуацию правильными словами. Ясными, простыми, нравственными — так, чтобы не осталось сомнения: правосудие восторжествует.
— Лучше всего сработают библейские формулировки, — заметил шериф. — Здешний народ Библию любит.
— Любопытная мысль, — сказал Бекерт. — И раз уж мы заговорили об этом…
Тихий звук входящего сообщения оборвал его на полуслове. Он поднял телефон, и текст, вспыхнувший на экране, целиком поглотил его внимание.
Торрес, Клайн и Гурни следили за ним.
Подняв голову, Бекерт с непроницаемым лицом объявил:
— Джадд Терлок со своей группой вошел на территорию комплекса Гортов в Клапп-Холлоу и взял периметр под контроль. Они провели первичный осмотр участка, который, судя по всему, недавно был очищен. Скоро получим первый рапорт Джадда и фотографии с места.
— Парни Горта смылись, так? — спросил шериф тоном человека, узревшего в этом ход событий, предсказанный заранее.
— На территории никого не обнаружено, — сказал Бекерт. — Скоро узнаем больше. — Он взглянул на экран телефона. — Продолжим в час пятьдесят. — Встал из-за стола и вышел.
Гурни внезапно пришла в голову мысль, как употребить свободные полчаса. Он рванул следом в коридор, окликнув Бекерта.
Бекерт остановился и обернулся, взгляд — нетерпеливо-вопросительный.
— Я подумал, что неплохо бы быстренько съездить на окраину Уиллард-парка, к месту, где застрелили Джона Стила, — сказал Гурни. — Хочу разобраться с географией. С этим будут какие-то проблемы?
— Нет. С чего бы это могло быть проблемой? — он, явно раздраженный тем, что его прервали, повернулся и зашагал по коридору, не дожидаясь ответа.
21.
Гурни притормозил «Аутбэк» там же, где парковался прежде. Игнорируя полицейские предупреждения о запрете пересекать линию, он направился к тротуару, тянувшемуся вдоль кромки поля.
Он двинулся медленно, стараясь как можно точнее воспроизвести движения Стила, отпечатавшиеся у него в памяти по видеозаписям RAM-TV. Шел, глядя налево — на ровное, аккуратно подстриженное поле, где толпа, повернувшись спинами к тротуару, собралась на демонстрацию. На противоположном краю открытого пространства высилась платформа — несомненно, та самая, с которой выступали представители BDA. На краю поля застыла в вызывающем одиночестве спорная статуя полковника Уилларда.