Моим глазам открылся внутренний двор кузницы. Земля здесь давно поросла густой травой. Каменные стены были обвиты плющом. Посреди двора находились колодец и деревянная скамейка. Ирис сидела на скамейке. В одной руке она держала зеркальце в серебряной оправе, а другой поправляла края своей шляпки. На губах ее играла улыбка, а во взгляде не было и тени беспокойства. Незнакомец стоял подле нее. Лица его мне было не видно.
– Разве вас не учили, что неприлично пугать даму? – с упреком в голосе произнесла Ирис, обращаясь к незнакомцу.
– Я не хотел вас напугать, – ответил тот.
– Тем не менее, своими неожиданными появлениями вы всякий раз делаете это, – сказала Ирис.
– За вами не было слежки? – спросил незнакомец.
– Не волнуйтесь, никто не знает, что я здесь, – ответила Ирис, убирая зеркальце в сумочку. – Вы принесли, что я просила?
– Да, – ответил незнакомец.
И с этими словами он передал Ирис стеклянную колбу с белым порошком.
– Очень хорошо, – сказала Ирис. – Благодарю вас.
– Почему нельзя было обойтись ядом? – спросил незнакомец. Зачем был непременно нужен этот порошок? Мы потеряли целый месяц, пытаясь раздобыть его.
– Нельзя же без повода убивать живое существо, каким бы ужасным не сотворила его природа, – ответила Ирис. – А кроме того, яд нам не подходит. Увидев бездыханное тело своего преданного пса, консул сразу заподозрит неладное. А этого допустить нельзя. Порошок же позволит мне проникнуть в старый сад незаметно и, притом безо всякого риска. Он сделает черного пса совершенно ручным на несколько часов. Консул этого не заметит, потому что рядом с ним пес всегда ведет себя как дрессированный щенок. А я сумею проследить за консулом и узнаю, что он скрывает в саду.
– Не понимаю, зачем вообще нужно церемониться с консулом, – произнес незнакомец раздраженно. – Схватить и бросить в тюрьму. А уж потом перекопать весь сад и решить, что делать с изменником.
– Вы, мой друг, совершенно лишены способности здраво рассуждать, – ответила Ирис. – Прежде всего, нельзя быть уверенным, что консул затевает преступление. Его странное поведение может иметь другие причины. Наконец, не забывайте, как высоко наместник ценит консула. Пока мы не представим наместнику убедительных доказательств, он не отдаст приказ об аресте. Консул – слишком ценная фигура, чтобы лишаться ее из-за глупости.
– Может и так, – проворчал незнакомец. – Но зачем тогда рисковать? Разве не легче проникнуть в старый сад, когда консула там нет?
– Я пробовала, – ответила Ирис. – Но ничего не нашла. Уверена, где-то в глубине старого сада есть потайная дверь. Но без консула ее не найти.
– Что ж, вижу вы лучше меня знаете, что делать, – произнес незнакомец. – Признаюсь, я в вас не сомневался.
– Благодарю, – ответила Ирис, кокетливо склонив голову.
– Признаюсь также, что был сильно удивлен, когда вы попросили достать порошок, – продолжил незнакомец. – Не думал, что консул останется к вам равнодушен.
– Ах, не говорите глупостей, – ответила Ирис, отмахнувшись рукой. – Консул влюбился в меня как мальчишка. Кажется, он даже вознамерился сделать мне предложение руки и сердца. Только все без толку. Несмотря на все мои старания, консул ни слова не проронил о том, что скрывает в старом саду.
– А что же вы? – глухо спросил незнакомец. – Вы испытываете к консулу ответные чувства?
– Что за вздор вы несете! – громко рассмеялась Ирис. – Разумеется, нет. Я всего лишь играю свою роль. Консул слишком стар для меня.
– Стало быть, и я слишком стар для вас? – с обидой в голосе спросил незнакомец.
– О, нет, – ответила Ирис игриво. – Вы недооцениваете себя. Любая женщина сочтет за счастье быть рядом с вами.
Услыхав это, незнакомец поспешно скинул с головы капюшон и вмиг очутился на скамейке рядом с Ирис.
– И вы? И вы сочли бы за счастье? – спросил он с надеждой, беря обеими руками хрупкую ладонь Ирис.
В этот самый миг я разглядел шрам на левой щеке незнакомца. Сердце мое похолодело. Неужели это был тот самый агент тайной полиции, что угрожал госпоже Широкой? Несколько мгновений Ирис молчала, с улыбкой глядя в глаза незнакомца. Вдруг она звонко рассмеялась и отстранилась от него. Лицо незнакомца сделалось мрачным. Он безропотно выпустил ладонь Ирис из своих рук и отвернулся. Поднявшись со скамьи, Ирис стала неспешно прохаживаться вокруг, продолжая смеяться.
– Держите меня за дурака . . . – тихо сказал незнакомец.
– Вы сами виноваты, – весело ответила Ирис. – Пора бы вам поумнеть. Кажется, я уже не раз давала понять, что между нами ничего не может быть. Мы оба на службе у наместника. Чувства не должны мешать делу.