[Арабское выражение]: “он подчинил льва и потерпел поражение от барана” тоже относится к этому случаю.
Видел ли кто-нибудь глину, ставшую золотом? — Неустрашимый государь считал врага слабым и ничтожным. И к тому же государь относил все такие слова к лживым наветам, не допуская в душе возможности подобного случая. Великие же люди говорили, что врага не следует считать ничтожным и слабым; хотя враг незначителен, но его козни и коварство сильны.
/211б/ Что удивительного в том, что сильная пятерня какого-либо баловня судьбы скручивается рукою слабого! Что странного в том, что меч, покоряющий мир, которому все, казалось бы, подчиняется, ломается под противодействием ему пастушеской палки?
Как часто случается, что кровожадный страшный лев погибает от укола шипа.
Короче говоря, сколько не говорили государю доброжелательные к нему лица об укрощении и искоренении этой бесстыдной и злостной шайки, государь мира ко всему оставался глух.
Когда же эти нечистые и подлые люди раз за разом яснее солнца /212а/ сделали достоянием широкой гласности свои враждебные замыслы по отношению к государю, то под этим предлогом [Ходжу] Давлата сарайи заключили в оковы, а все его имущество конфисковали в казну. Джавшан калмык, этот злополучный коновод всего, скрылся, словно под землю провалился, так что его и признаков не нашли, а Нусрети сарайи был оставлен под подозрением и его не коснулись.
К военным, установившим извне дворца преступную связь с [упомянутыми дворцовыми] служителями, государь отнесся безразлично и, выжидая подходящего случая, ничем [пока себя] не проявил.