На второй этаж бежал, перелетая по две ступеньки. "Всё хватит с меня. Я тоже не железный."
Зайдя в свою комнату, закрыл дверь на замок. Снял галстук, пиджак полетел в угол, подошёл к бару. Вот он мой любимый вискарь! На сегодня забыться хватит. Я не задумываясь открыл бутылку и наполнил стакан и осушил его залпом. Горло жгло но все равно не притупляло той боли, что была внутри. "Что я творил? Зачем всё это было!? Отец прав! В свои 32 года я так и не сумел в куче говна разглядеть золото."- мои мысли не давали покоя, я снова наполнил стакан и опустошил его до дна. "А это золото привезло меня к моему отцу, как дворового плешивого щенка. Бросила под ноги. В который раз брезговала мной. Может я ей действительно не не нравлюсь?" Наполнив ещё один стакан по края, сел в кресло, откинувшись в нем. Закрыл глаза. В голове поплыли её образы из воспоминаний. Юлин выпускной. Она стояла в кремовом длином платье. Её лицо обрамляли локаны, такая нежная, чувственная с улыбкой на губах. Да я был там, пусть и издалека, но наблюдал. Тогда чудо меня спасло, что я не поехал за ними на речку в домики. Но Юля никогда до поздна не задерживалась нигде, в час ночи она вызвала такси и через пол часа уже была дома. Я радовался как дитя, что все парни, которые к ней хоть как то проявляли интерес, оставались неудел. Она всех отправляла извесным маршрутом. Нет конечно предлага дружбу с начала, но если были сильно наглыми то вмешивался я. Объясняя, что моё нельзя трогать. Я перебирал свои воспоминания как записную книжку. Допил стакан и закурил. Пора оставить все в прошлом я уйду из её жизни.
"Тебя вышвырнули из неё!"- моё второе я подало голос, а ведь прав. Дали надежду и вышвырнули.
"Я всего лишь наступила на твою гордость. А ты сломал мне жизнь"- её голос прорезал все воспоминания в доль и поперек. Я сломал жизнь. Я вспомнил как она таяла в моих руках в чертовом туалете ресторана, как хотела, чтоб я её взял. Член мгновенно отреагировал каменным стояком. Замечательно. Придется ещё и холодный душ принимать. Я поднялся с кожаного кресла, поплёлся в душ. На сегодня хватит. Пора спать завтра будет лучше.
После холодного душа. Я вернулся в комнату. Всё пора заканчивать, как она сказала "этот цирк". Завтра же меня не будет здесь. Лёг на постель и мгновенно отключился.
На улице в тоже время.
Юлия
Что я должна была ему ответить? Что?
После его фразы: "На счастье!", все стояли молча и смотрели на меня. Я не знаю, что мне делать. Хотелось бежать за ним, кинуться на шею, сказать что я хочу быть с ним. Хочу к нему одному. Чувствовать его запах, целовать до безумия родные губы, карие глаза, руки, тело. Я подняла глаза на дом. На втором этаже в комнате зажегся свет. Это был точно он. Сквозь витражные окна дома было видно, как Игнат метался по комнате ,что-то бросал. Да это конец. Это не сможет простить. Можно сказать, что я просто кинула его отцу, как кость волкодаву. Анатолий Викторович смотрел на меня с сожелением и вдруг сказал, словно читал мои мысли.
- Да не предала ты никого. Не буду я его мурыжить! Что я не человек, понимаю прекрасно, что у него сейчас на душе. Щас напьётся. Завтра проспится и поговорите нормально! Ты останешься здесь!- он подошёл ко мне и обнял.- пошли, утро вечера мудрее! - я уткнулась в его грудь. Грим действительно был, как отец очень добрый, мягкий и понимающий. Повезло Игнату с отцом.
- Спасибо. Пожалуй, вы правы! Но я поеду домой.- я отстранилась и посмотрела в сторону игнатовой машины. Там сидели Лёха и Лера. Они так и не вышли, наверно в целях самосохранения. Я пошла к ним. Надо как минимум сказать что всё хорошо. Они оба вышли.
- Юль мы поедем?- спросил Лёха
- Да. Всё хорошо! Я сейчас тоже поеду домой. Может ко мне?- не хотелось оставаться одной.
- Ты этого хочешь?- спросила Лерка.
- Да!- я устало улыбнулась.
- Тогда поехали. Ключи давай!- сказал Лёха и подошёл ко мне.
Я отдала ключи от машины, попрощалась с гримом и мы уехали.
Не на следующий день и даже через неделю мы так и не поговорили с Игнатом. Он пропал. Грим сказал, что когда он проснулся с утра на новый год, то Игната уже не было дома, как и его вещей. Он уехал. На звонки Лёхи и отца он не отвечал, но телефон всегда был доступен. А я переживала всё больше и больше. Все знали, что он упёртый и не ответит больше никому из нас, пока сам не перебесится.
А перебесится ли?
Мама приехала через неделю. Моё состояние она видела, но молчала. Она всегда знала, что если попытаться меня заставить что-то рассказать, я закроюсь и будет только хуже. Мне не хотелось чтоб она беспокоилась. Но материнское сердце не обманешь. Она и так догадывалась что я влюбилась, но тактично наблюдала. Игнат занимал все мои мысли. Даже на работе я не могла отвлечься. Я хотела, чтоб он вернулся ко мне. Пусть такой грубый, непонятный и ласковый одновременно.