- По завещанию Артура Вартаняна он принадлежит его законным детям, Бобби.
- Но и у меня есть право. Все равно его законные потомки скоро лягут в семейную могилу рядом с судьей и его шлюхой женой. - Слова отдавали горечью на языке.
- Ну, раз так, - сказал Таннер с легкой улыбкой, - тогда ты знаешь, чего хочу я.
- Серебряный чайный сервиз бабушки Вартанян. - Бобби тихо рассмеялась.
- Конечно.
Атланта,
суббота, 3 февраля, 19 часов 15 минут
- У вас очень мило, - сказала Сюзанна, осматривая квартиру Люка.
- По крайней мере, чисто, благодаря моей… - Конец фразы повис в воздухе, когда Люк обнаружил, что обеденный стол сервирован на двоих. Фарфором его матери. И серебряный подсвечник, стоявший наготове, принадлежал ей.
Сюзанна тоже посмотрела на стол. Легкая улыбка скользнула по ее губам.
- Благодаря вашей маме?
- Да.
Улыбка Сюзанны потухла.
- Она чуть не задушила Дэниела в своих объятиях. Она мне нравится.
- Она всем нравится.
- А ваш папа?
- О, она и его душит в объятиях, - с ухмылкой сообщил Люк. – Папа вместе со своими братьями руководит рестораном. Естественно, греческим. Раньше мама была шеф-поваром, но сейчас повседневными делами занимаются мои кузены. Поэтому у папы и дядюшек появилось время, наслаждаться жизнью. Но маме не хватает ресторана. Вот она и компенсирует это тем, что готовит для всех моих друзей. – Он вытащил из шкафа вчерашний костюм. –Ничего такой запах. Дыма и гнилой рыбы совсем не чувствуется.
- У вас химчистка доставляет вещи на дом?
- Химчистка принадлежит моему кузену Джонни. У него есть ключ. Он привозит мои вещи, а я позволяю ему смотреть на моей плазме платные спортивные передачи.
- А он не сможет очистить от красной глины платье Хлойи Хэтауэй?
- Если у Джонни не получится, то и никто другой не справится. – Желудок Люка внезапно заурчал. – Хочу кушать.
- Я тоже. – Сюзанна заколебалась. – Я умею готовить. Во всяком случае, немного.
- Мама сказала, что еда в холодильнике. – Люк пошел на кухню, и Сюзанна отправилась за ним.
- Я могу чем-то помочь?
Люк, открывая холодильник, усмехнулся.
- Вам не мешало бы переодеться.
Сюзанна опустила взгляд, на свою забрызганную кровью футболку.
- Я быстро.
Как только Сюзанна вышла из комнаты, его беззаботный смех исчез.
- Я очень прошу, - пробормотал Люк, начиная разогревать кастрюльки с маминой едой. Сюзанна. По дороге домой на ее мобильный позвонила Гретхен Френч с сообщением, что пресс-конференция назначена на завтра. «Вам стоит ей позвонить» - предложила ему Сюзанна, когда повесила трубку. – «Она до сих пор считает, что ее пыталась убить Кейт Дэвис». Он тут же задал ей встречный вопрос. «Вы уверены, что хотите участвовать в этой пресс-конференции? Как только вы окажетесь с другими женщинами перед морем микрофонов, пути назад не будет».
Сюзанна отреагировала очень спокойно. «Путь назад закрылся в тот момент, когда я села в самолет до Атланты. И я сделаю то, что должна сделать».
Люк испытывал глубокое уважение... и желание, настолько сильное, что перехватывало дыхание. И дело не только в ее красивом лице, изящной фигуре или достоинстве, которое она излучала. Это что-то другое, он чувствовал это каждой частичкой своего тела. Попросту говоря, Сюзанна именно та женщина, которую он всегда искал. Но, к сожалению, в данный момент его желания не играли никакой роли. Возле приемного покоя Сюзанна дрожала, как осиновый лист. Она прижалась к нему в поисках защиты. И приехала к нему домой, потому что доверила ему возможность защитить ее. Но до конца она ему не доверяла, и душу свою, которую якобы не хотела, не открыла. Ничто другое значения не имело.
Люк поставил миску в духовку и начал вытаскивать пробку из бутылки с вином. В этот момент раздался звонок в дверь. Он отставил бутылку, чтобы вино дышало, посмотрел в глазок и вздохнул.
- Талия, - сказал он, открывая дверь.
Талия протянула ему поводок, пристегнутый к ошейнику бульдога судьи Боренсона.
- Ты забыл собаку.
- У меня было много дел.
Она сочувственно улыбнулась:
- Я слышала, что произошло возле приемного покоя. Мне очень жаль, что так случилось.
Люк снова вздохнул:
- Наверное, я должен пригласить тебя войти.
- О, спасибо, - сухо поблагодарила Талия. – Какое гостеприимство.
Люк распахнул дверь пошире. Талия и собака вошли, и прежде чем Люк успел увернуться, увесистая тушка плюхнулась к его ногам.
Талия рассмеялась:
- Ее зовут Дарлин.
Люк закатил глаза: