Домой мы прибыли полным составом. К счастью больше мне не придётся лежать в гробу, и я могу вернуться к привычной жизни. Мы ввалились в дом дружной толпой, и вампиры тут же разбежались по комнатам. Мы с Ником выходили из прихожей в зал, как раз в тот момент с когда из моей комнаты выскочила огромная пантера, кинувшись на нас. Ник вскрикнул, сделав шаг назад, но упёрся спиной мне в грудь.
Макс же с жизнерадостным ворчанием кинулся на меня, никак не замечая Ника, который посчитал движения зверя за нападение. И когда туша зверя пригвоздила нас обоих к полу, нервы парня не выдержали. Он брыкался, пинался и кричал, пока я не придавила его к полу, оттесняя от пушистой тушки Макса, что нависал над нами, всём своим видом показывая, как он возмущён таким поведением Ника.
- Успокойся. - ровно проговорила я, придерживая Ника за грудь. Он ещё метался в моих руках, но уже упёрся взглядом в мои глаза.
- У.. У тебя бешеная пантера дома! - вскричал он, в попытке ткнуть в пушистую грудь Макса пальцем.
- Это Макс! - крикнул из комнаты Слава, опередив меня.
- Макс?! - переведя взгляд на возмущеную морду, а потом на меня, спросил друг.
- Макс слезь с нас... - вздохнула я, мягко отталкивая огромную кошку, так, что ему пришлось подняться на задние лапы, перекинув передние в другую сторону от нас. Я поднялась на ноги, протянув руку Нику. Макс уже тёрся о мой бок, довольно урча.
- Значит оборотень... - задумчиво протянул Ник, позже, сидя на диване и почесывая мягкую шерсть на загривке пантеры, что продолжала неустанно ластиться к моим ногам. У меня было такое же желание, потереться об Макса в ответ, но я сдерживала эти порывы.
- Удивительно, что не стандартный волк. О пантерах-оборотнях я не слышала уже давно. Мне казалось они вымерли. - ответила я, тоже потрепав Макса по пушистой голове.
- Подожди... Оборотнями же не становятся? - вдруг спросил Ник, подобравшись.
- Оборотнями - нет. Ликанами - да.
- Что ещё за ликаны? - Ник замер на месте, и даже Макс перестал тереться о моё колено.
- Ну... Если я тебя укушу, есть шанс, что твой организм перестроится. Если конечно ты не умрёшь в процессе...
- И что со мной будет?
- Сперва ничего, разве что всякие штучки вроде усиления слуха, обоняния, возможно регенерация... Но со временем тело будет меняться. Незначительно, но мучительно. Человеческий организм будет сопротивляться, но у него не хватит сил. В конечном итоге ты в любом случае умрёшь. Вопрос лишь на какой стадии оборота.
- Оборота? В смысле в оборотня?
- Нет. В зверя. Чем дольше ты будешь жить с этим, тем больше будешь походить на зверя. Как правило тело меняется слишком медленно, чтобы это было заметно. До каких-то серьёзных физических изменений мало кто доживает. Но вот психологический... В башке творится полная каша. И как правила такие люди очень агрессивны. Так, люди знают о случаях клинической ликонтропии. Но такое случалось крайне редко. Чаще всего укус оборотня не приводит ни к чему слишком серьезному, у людей.
- А вампир не может стать таким? - раздалось из комнаты Славы.
- У вампиров, хоть и более высокая сопротивляемость организма, оборот происходит в разы быстрее. В конец от вампира остаётся переломанная, человекоподобная масса с элементами звериного. Вампирское тело просто не приспособленно для таких быстрых изменений. Хоть вампиры и меняются, делают они это настолько медленно, что заметить это можно раз в несколько сотен, а то и тысяч лет. А укус оборотня заставляет тело меняться слишком быстро. Добавь к этому сопротивление изначального тела - лихорадку, бред, судороги, приступы агрессии, спутанность сознания. И просто адская боль от каждого перелома, которых становиться всё больше и больше с каждой секундой. Это ад. У вампиров нет никаких шансов пережить такое. Люди живут так долго лишь за счёт низкой сопротивляемости тела, и очень плавному и медленному физическому изменению.
- Значит Арман мёртв?
- Скорее всего он умер почти сразу как сбежал. Учитывая, что помимо укуса тигра, - я показала на себя, - его ещё и волки хорошенько потрепали. Там вообще без шансов. К тому же от укуса оборотня вампир "заражается" ликантропией со ста процентной вероятностью. Человек лишь в пяти процентах становиться ликаном.
- А были случаи, когда человек завершал оборот? - спросил Ник.
- Пару раз было. Это была уже последняя стадия. Человекоподобный волк бегал где-то в районе Якутии около шести тысячь лет назад. Но люди об этом даже не знали. В основном этот ликан кошмарит близлижащие вампирские города. Если честно, его и волком назвать было сложно. Это было что-то странное. Человек с волчьей пастью, длиузнной, очень редкой шерстью, когтями, каким-то обрубком, напоминавшим хвост, на четвереньках.... А в остальном это был человек. Просто быстрый, ловкий и очень злой. А ещё его укус тоже убивал вампира, правда с намного меньшей вероятностью. Но вампиры были в панике.
- Откуда ты знаешь? - подал голос Риан. Оказалось он тоже слушает, хоть и знает о ликанах достаточно.
- Я убила того ликана. Мне стало интересно, кто же так напугал вампиров, что об этом трубили в каждом вампирском городе. Я пришла туда, но картина меня не впечатлила. А эта тварь кинулась на меня, будто именно меня и ждала всё это время. Я и убивать то его не хотела, но это произошло рефлекторно. Не хотелось получить от него укус. Мало ли... Ходя до этого укусы оборотней на меня не действовали.
- А что с обычными оборотнями? - спросил Ник.
- Оборотнем ты можешь быть только с рождения. Это отдельный вид, можно сказать. Вообще, очень очень давно, ещё задолго до моего рождения, на Земле было два главенствующих вида человекоподобных... Те, от кого произошли оборотни, жили среди тех, от которых произошли люди. Я родом из такого смешанного племени. Некоторые из моего племени могли превращаться в тигров.
- Но, если Макс - оборотень, значит и я... - встревоженно прошептал Ник.
- У тебя есть этот ген. Ваш с Максом отец был оборотнем. Но из всех его детей обратился только Макс. У тебя этот ген может спать всю жизнь. - объяснила я.
- Значит, я в любой момент могу начать... превращаться?
- Нет. Если в двадцать один ты не обернешься, то этого не произойдёт никогда.
- Но ты же обратилась.
- Я стала вампиром когда мне было двадцать. Наверное этот факт и отсрочил мой оборот так надолго. А может, всё дело в том, что Макс - моя пара. Я не знаю. - ответила я.