Нацухи
По её кивку, незнакомец, лицо которого она в дыму так и не разглядела, ткнул её своим указательным пальцем в лоб, раздалось лёгкое «Пуф!», появилось несколько клубов белого чакро-дыма, и когда они рассеялись, незнакомца нигде не было видно, а её тело покрывали фальшивые синяки, ссадины и пятна запёкшейся крови. А одежда выглядела, как лохмотья, в которые воткнули сотню гигантских фума-сюрикенов, а потом неделю использовали в качестве половой тряпки.
«Очень качественная трансформация», – высоко оценила степень проявленного внимания даже к мельчайшим деталям фальшивого облика, в технике, применённой к ней, Нацухи.
А затем задержала дыхание, и стала ждать. Ведь настоящий шиноби умеет ждать.
Шин
От невольно вдохнутого дыма лёгкие горели огнём. И самодельная маска, сделанная им после первого вытащенного из огня, не особо помогала. И глаза слезились от этого дыма, мешая что-либо видеть. Но Шин не сдавался. И более по своим воспоминаниям о том, где лежали бессознательные тела, чем пользуясь органами чувств, вытащил-таки всех ребятишек. И не позволил себе поддаться головокружению от вдохнутых продуктов горения. Нет, вместо этого, Шин выписал себе несколько пощёчин и рванул в огонь на помощь оставшейся там женщине. Ведь когда герою судьба даёт выбор: «Либо ты спасаешь тех, либо этих!», герой говорит: «Я ставлю на кон свою жизнь, ради того, чтобы спасти всех!». Уж, такая она странная публика, эти герои…
И прикрыв лицо рукой, Шин развернулся и бросился в дверной проём, в котором уже из-за дыма и языков огня ничего нельзя было разглядеть.
И едва только Нацухи успела набрать в лёгкие более-менее чистого из-за близости к полу, воздуха, как её ухватили за ногу и потащили к выходу. По мере сил женщина помогала спасителю, стараясь не выходить из образа тяжелораненой. И всё у них получилось. На последних остатках сил Шин перекатился разок-другой по земле, сбивая огонь с загоревшейся одежды, и замер, без сил, глядя в небо.
Сай и Якумо
Если бы кто-то сейчас увидел Сая, то он бы прокричал: «Кай!», в попытке развеять гендзюцу. А всё потому что на щеках Сая играл румянец. И это при том, что никто и никогда не видел вечно бледного Сая румяным. А ситуация объяснялась просто. Когда Сай разглядел, что ситуация, как-то так складывается не по плану… совсем не по плану… он и Якумо бросились бежать на помощь Шину. Но, увы. Здоровье девушки оставляло желать лучше. И пробежав несколько десятков шагов она уже запыхалась, и могла идти только шагом. И тогда Сай, не слушая смущённых возражений сенсея, усадил ту себе на закорки. И пробежав пару километров на скорости хорошего генина, Сай понял, что он видит в Якумо Курама не только замечательного сенсея, но и красивую девушку. И прикосновение тела оной к его спине наводит его на разные мысли… Например, нарисовать своего сенсея Якумо… И ни за что не показывать ей потом эту картину, потому что… Тут Сай помотал головой, отбрасывая глупые мысли прочь.
Девушке ни о чём таком не думала. Она с тревогой вглядывалась в картину бедствия. И когда до горящего додзё оставалось около сотни шагов, она разглядела всё. И лежащие около входа в горящее додзё тела детей, и Шина, вытаскивающего тело какой-то женщины. И чувствуя, как по её лицу стекают слёзы, она изо всех сил выкрикнула:
– Нет! Это всё неправда!
И всё прекратилось. Огонь и дым куда-то пропали. Вернулась на место, как будто никуда и не пропадала, крыша додзё. Но ничего этого девушка не увидела. На неё навалилась ужасная усталость, и она… упала в обморок.
Тут начали появляться жители деревни.
Несколько минут спустя
Наруто
Так… поизображав фонарный столб и послушав диалоги окружающих можно сделать следующие выводы – аматоры опаснее профи, ибо любители способны причинить гораздо больший урон, чем команда профессионалов, просто в силу своей непредсказуемости. Надо же! Додумались! Взорвать место хранения Звезды, чтобы имитировать её пропажу. Но… с другой стороны, за то, что они сделали это не корысти ради, а для сохранения мира в деревне, им, всем троим, большой плюс.
И знаете, что? Этот план можно взять за основу… только его ещё надо креативно доработать… О! Есть идея! Пишу короткую фразу, облачаюсь в одеяния Таинственного Незнакомца, и…
Сай
Невесть откуда взявшийся Таинственный Незнакомец протянул Саю записку. А когда мальчик оторвал от записки взгляд, того уже и след простыл. Но Сай не стал переживать по этому поводу, ибо в записке была маленькая подсказка, насчёт того, как им выйти из этой, грозящей кровопролитием ситуации.
«Когда у тебя два плохих варианта, ищи третий», – вот что было написано в записке. И Сай мгновенно понял, что от него требуется. И незаметно подобравшись к пострадавшим, зашептал что-то на ухо Нацухи.
Та сперва пыталась отмахнуться от паренька, но тот не сдавался. И заходя с нескольких позиций, таки переубедил женщину.
Нацухи
С лицом «ущипните меня кто-нибудь», а то я сама не верю, что делаю это, Нацухи поднялась на ноги и заявила так, что её расслышали все присутствующие:
– Я, джоунин Нацухи, выдвигаю свою кандидатуру на пост каге деревни Скрытой Звезды. Все вы знаете меня, как сильную куноичи, и женщину с безупречной репутацией. В этот тяжёлый час, когда мужские амбиции поставили нас на грань гражданской войны, я призываю вас не в войне, а к миру. Давайте, без кровопролития решим, кто же достоин быть каге. И мой план…
– Нацухи-сан, я уже всё нарисовал!
И Сай развернул лицом к зрителям холст полтора на два метра. На нём была изображена красивая и статная женщина, одетая в лохмотья, едва прикрывающее её зрелое и привлекательное тело. А ниже была надпись: «Нацухи – в каге! Мой девиз – я за всё хорошее, против всего плохого!».
Послышался стук множества отпавших до земли челюстей. Нацухи дёрнулась было в сторону Сай и его предвыборного плаката… то ли с целью сорвать оный, то ли надрать уши такому любителю рисовать полуобнажённое женское тело… но её придержал за локоток её муж Хотаруби. И женщина обнаружила, что на ней всё ещё хенге «бедной жертвы». А Сай, как говорится, рисовал с натуры, ничего от себя не добавляя.
Полчаса спустя
Наруто
Предвыборные дебаты идут хорошо. Нацухи постепенно выигрывает. Действующий староста больше отмалчивается, не споря с героиней, телом заслонившей додзё с детишками от молнии. И это единственная разумная тактика с его стороны. А вот Акахоши мне не нравится. Точнее не нравится его взгляд. Лично я отчётливо вижу в нём ярость. И постепенно нарастающую жажду крови я тоже ощущаю…
Э? Стой? Зачем тебе за пазухой Звезда, Акахоши? И что это за неуместный пафос, про то, что любовь к родной деревне защитит тебя от несуществующих угроз со стороны Звезды?
Ну, вот! Он впечатал фиолетовый камень себе в грудь, и… тот подсоединился к его системе циркуляции чакры… м-да… Дуракам закон не писан. Это, явно, одно из правил нашего Мира…
Теперь в его грудине торчит камень, сам он весь окутался фиолетовой чакрой, но при этом у него на морде лица выражение «А мне норм!». Ага… Ещё и крикнул, что-то вроде «Я никогда не пробовал этого ранее, но попробовав, был приятно удивлён! Почему я не делал этого раньше?».
Всё… на этом приглашённые гости по имени Разум и Здравый Смысл покинули аудиторию для предвыборных дебатов. И начался махач. Кажется, Акахоши решил наглядно проиллюстрировать положение о том, что каге должен становиться самый сильный воин деревни. Но забыл, что доказывать это надо побеждая врагов, а не раздавая тумаки своим же односельчанам. Ему же тут жить ещё. Хотя… если его не остановить, то жить он тут будет в одиночестве. Потому что от лёгких тычков дракона из фиолетовой энергии, в которого превратился Акахоши, можно и ласты склеить. Совсем он силу не соизмеряет. Да, и вообще, больше похож на алкоголика в приступе белой горячки. Ещё раз убеждаюсь, что моча… то есть, я хотел сказать, чакра… бьёт в голову. И чем её больше, тем сильнее её удар…