Выбрать главу

Ни графоманы, ни админы портала не знали о существовании редакторской нейросети. Родион подозревал, что о ней вообще никто не знает. Автор, косоглазый шнырь под странным ником «МатрицаТебяИмеет», написал ее с большого бодуна и не меньшего прихода и сам удивился. Писал он примитивную корректорскую софтину, а получилась нейросеть.

— Чува-ак... — протянул он тогда, пыхнув косяком и скосив глаза еще сильнее. — Да я чертов гений.

После чего забрал обещанную бутылку абсента и ушел в себя.

А Родион схватил флэшку и следующие несколько ночей обучал новорожденную самку искина премудростям редакторской работы. Нейросеть была в целом туповатой, зато некоторые темы схватывала на лету. Особенно это касалось секса, голых баб и легких наркотиков.

Назвал он ее Белиндой в честь порноактрисы, на которую фапал еще в эпоху Малого Пубертата.

Над аватаром долго не думал. Поставил стандартную хентайную тянку с длинными ногами, большой круглой жопой и буферами пятого размера.

Теперь тянка задорно прыгала по тексту очередной альтернативно-исторической белиберды, где гауляйтер Польши Гитлер правил Германией и захватывал половину мира. На орфографических ошибках она хихикала, стискивая груди. На фактических вставала раком и начинала вилять задницей.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Посмотри, какая сочная ошибка, хозяин, — пищала она тоненьким голоском. — Как она течет и хлюпает. Вставь в меня свой большой твердый комментарий.

Родион тыкал правой кнопкой и выбирал «Вставить».

— О, хозяин! — стонала тянка, закатывая глазки.

Сбоку появлялся уже сгенерированный коммент.

«Только полный идиот может всерьез поверить, что Гитлер за сорок дней смог бы завоевать Францию, а за два месяца дойти до Москвы...»

Родион не глядя копировал его и переносил в ветку обсуждения.

Тянка прыгала дальше.

Наблюдая за ее ужимками, он не сразу заметил зудящий и ползающий по столу смартфон.

Родион не глядя нашарил боковую кнопку, и на экранчике появилось треугольное очкастое личико Насти, его куратора по «Лит-Йестудею».

— Слушай, Род... — протянула она, и он как всегда запал, глядя как шевелятся ее красные пухлые губы. — Ты что, опять альтернативщиком заделался?

Внешне Настя напоминала скачущую сейчас по тексту тянку. По крайней мере снизу. У нее были такие же длинные ноги и такая же большая упругая задница, которую она зачем-то всячески подчеркивала обтягивающими джинсами. Зато сверху она носила бесформенные цветастые хламиды, так что нельзя было определить не только размер буферов, но и есть ли они вообще.

— Чего? — переспросил он, выныривая в реальность.

— Помнишь, зачем тебя нанимали? Чтобы ты этим неучам продвигал историю по версии школьных учебников.

— Ну?

— Так какого хрена ты вчера ересь про единую Германию на портале задвигал?

— В смысле?

— В коромысле. Будто бы их было две, стала одна и все такое.

— А их сколько?

— Ну в гугл загляни, если не в курсе. Ты упился что ли? Или реально с ума сошел, как тогда с испанскими колониями?

— Э... — протянул Родион, соображая, что сказать.

Тут была ходьба по минному полю. Если он будет болтать, не собрав информацию, то дело реально может кончится дуркой.

Полгода назад он доказывал в офисе, что на свете есть отдельная страна Аргентина, отдельная страна Мексика, Колумбия, Парагвай и десяток мелких гондурасов. Сперва все думали, что он прикалывается. Затем хотели вызывать санитаров. Но он же помнил, что еще вчера эти страны были. Что чемпионат мира выиграла сборная Венесуэлы, а президент Мексики вылетел в Эквадор с дружественным визитом. Теперь никто ничего подобного не помнил. Даже Настя, которая в прошлом году летала в Перу поглазеть на Мачу-Пикчу. Спор кончился полным разгромом, когда Родиону показали карту мира, где вся Латинская Америка была закрашена в желтый цвет испанской короны. Кроме Бразилии. Та была закрашена в цвет португальской.

Теперь что-то похожее, видимо, произошло с Германией.

— Короче, — сказала Настя, — еще одно такое выступление, и хозяйка тебя выгонит. Ей нахрен не уперлись проверки Отделения по борьбе с фальсификацией истории. Там от штрафов околеть можно.

— Графоманы и не такое пишут, — буркнул Родион. — А мне нельзя?

— А тебе нельзя. У графоманов в аннотациях написано «альтернативная история». А это все равно что индульгенция. Или справка из дурдома. «Я дурак, мне все можно». А ты типа персонал. Пусть и внештатный. Усёк?