— Они что-то задумали, — ответил один из охранников.
Родион осторожно высунул голову из-за поваленной балки.
На другой стороне, в тени столбов и рухнувших перекрытий, перебегали с места на место какие-то тени.
Одна из теней вдруг выскользнула на свет.
Родион с удивлением пригляделся.
Это был пухлый подросток в толстовке с капюшоном и в розовых штанах в цветочек.
Он сплюнул и вальяжно двинулся вперед. В руке он держал мороженое на палочке.
— Чёрт... — сдавленно протянул кашемировый. — Все отходим! Живо!
Мордовороты поспешно стали отползать в тыл.
— Эй, — недоуменно окликнул Родион. — Что происходит? Это и есть наемник попаданцев?
— Это не наемник. Это сам попаданец. — Кашемировый обернулся к единственному оставшемуся впереди охраннику. — Капрал! Тебе нужно особое приглашение? Немедленно назад! Ты все равно ничего не сможешь сделать.
— Я хотя бы попытаюсь, — процедил капрал. Его трясло.
Толстый подросток остановился шагах в пятидесяти. Медленно лизнул мороженое. Рыгнул и прокричал:
— Полковник! Слышишь меня? Ты окружён! Сзади мы тоже людишек подогнали! Но есть предложение! Отдаешь ликвидатора и можешь валить со своей кодлой на все четыре стороны!
Родион хотел было спросить, что за ликвидатор, но в ту же секунду догадался.
— Как тебе такое? — продолжил толстяк. — Времени на раздумье — пока мороженку не доем.
Он сунул мороженое в рот и откусил чуть ли не половину.
Кашемировый полковник растеряно глянул на Родиона.
Впереди лязгнул затвор.
Капрал поднял штурмовую винтовку и высунулся из-за стены.
— Капрал, отставить! — прошипел кашемировый.
Капрал не отставил.
Стрекот очереди разорвал тишину.
У Родиона глаза на лоб полезли.
Капрал стрелял трассерами, и хотя было довольно светло, горящие красным росчерки показывали все наглядно.
Пули огибали толстяка по дуге и летели дальше.
Толстяк спокойно продолжал есть мороженое, не обращая внимание на стрельбу.
Капрал встал во весь рост и пошел к нему, продолжая стрелять.
Он что-то кричал, но что именно, было не разобрать.
Последнюю очередь он выпустил в упор, шагах в десяти.
Пули ушли в молоко.
Автомат щелкнул и заглох.
— А, — ухмыльнулся толстяк. — Я тебя помню. Это мы с твоей семейкой неделю назад знатно повеселились. Женушка и две дочки. Угадал? Женушка была так себе, а вот дочки высший сорт. Я их хорошенько отодрал прежде чем глотки перерезать.
Капрал зарычал и бросился на него.
Толстяку хватило одного движения руки, чтобы отбросить капрала далеко в сторону.
— Полковник! У твоего быдла совсем мозгов нет? На людей кидаются.
Он сунул в рот остатки мороженого и достал из штанов гранату.
— Отправляйся к семейке, идиот. Они тебя заждались.
Взрыв разнес капрала на куски.
Осколки и части тела облетели толстяка по кривой, как и пули.
— Время вышло, полковник! Что скажешь? Отдашь мутанта?
Кашемировый снова глянул на Родиона. Его рука потянулась за пазуху.
— Мутант! — крикнул толстяк. — Как тебя там? Рогдай? Родерих? А сам что скажешь? Продолжишь тусоваться с неудачниками? У нас вкусная еда и красивые бабы! Бери какую хочешь! Или предпочитаешь, чтобы мы с твоей мамашей позабавились? Она хоть и старая, но у нас есть любители...
Он не договорил.
Маму трогать нельзя.
Родиона вдруг захлестнула такая ярость, что ему стало абсолютно на все плевать.
Он поднялся и выстрелил, не целясь.
Пуля ударила толстяка в плечо и опрокинула на землю.
Толстяк заверещал и сиганул за столб, зажимая ладонью рану.
— Сука! — заныл он плачущим голосом. — Ты за это заплатишь!
Родион посмотрел на кашемирового.
— Потом все объясните.
Тот оторопело кивнул.
Максимальная прицельная дальность «глока» пятьдесят метров. Дальше попасть сложнее.
Родион перескочил через балку и кинулся к спрятавшемуся толстяку, но тот уже убегал, тряся жирами и сверкая пятками.
У нагромождения бетонных плит, где прятались его наемники, он обернулся.
— Я за тобой вернусь, урод!
Родион вскинул пистолет.
Толстяк взвизгнул и бросился в укрытие.
— Уходим! Быстро! — донеслось оттуда. — И врача мне! Бегом!
Черные тени одна за другой рванули в сторону выхода.
Сзади послышались выстрелы и чьи-то крики.
Кашемировый полковник подошел ближе.
— Гляди-ка, не соврал толстяк. Действительно окружил. Значит нам тоже пора. Извини, парень, но пока у тебя нет допуска, ты едешь в качестве багажа.