— Аарон! — издаю я истошный крик, и он бросается к нам.
Еще одна судорога, и он едва успевает схватить Арабеллу, прежде чем я сгибаюсь от боли.
— Ли, что случилось? — В его голосе явный страх.
— Боже мой, ребенок! — Я плачу, держась за стойку, пока у меня в животе все сжимается. Я разжимаю руки и падаю на пол, прикрывая живот.
Аарон опускает Арабеллу вниз, и я оказываюсь в его руках. Он нежно несет меня, не отрывая взгляда от моего лица. Все это время я наблюдаю, как цвет уходит с его лица. Он кладет меня на диван, а я в это время молюсь, чтобы не началась еще одна судорога. Ужас отражается на его лице, потому что мы оба знаем, что это может означать.
Я смотрю в его карие глаза, и он убирает волосы с моего лица.
— Просто не шевелись. Я позвоню доктору.
Я хватаю его за руку, и слезы текут по моему лицу.
— Я не могу потерять этого ребенка сегодня. Не могу.
Он закрывает глаза и кивает.
Я борюсь с желанием пойти в ванную. Я молюсь, чтобы мне не пришлось чувствовать это снова. Ни боли, ни крови, потому что я сойду с ума. Я едва держусь на краю обрыва. Я должна собрать всю свою храбрость, что у меня есть, потому что это… убьет меня. Если потеряю ребенка Лиама в то же время, как он пропал… мне нельзя позволять себе думать об этом.
— Нет, ее просто скрутило. — Я слышу, как Аарон объясняет по телефону. — Я не уверен, что у нее идет кровь. — Затем следует пауза. — Нет, ее нет, но сейчас я с ней. — Аарон возвращается в поле зрения и опять уходит на кухню. — Ладно, я снова позвоню. Спасибо.
Я открываю рот, но не могу произнести ни слова. Мы оба знаем, что сказал врач и что теперь все зависит от того, какое решение примет мое тело. Даже если у меня выкидыш, нет никакого способа остановить это. Слишком небольшой срок, и все, что я могу сделать, — это поменьше находиться на ногах.
Аарон присаживается на корточки рядом со мной и затем опускается на колени.
— Ли, скажи мне, что делать.
— Оставайся и будь мне другом. Позвони Ринель, и кто-то должен позвонить отцу Лиама.
— Прости меня за то, что я сказал ранее, — говорит он, в его глазах отражается стыд.
— Ты не можешь продолжать делать это со мной. Я люблю его, и я буду с ним.
— Я бы хотел, чтобы ты этого не делала, но больше не причиню тебе вреда.
Я беру его за руку и пытаюсь заставить услышать меня. Прямо сейчас у меня остались силы на заботу лишь об одном.
— Если ты любишь меня, ты должен позволить мне быть счастливой. Ты подписал бумаги о разводе и сказал, что понимаешь. Именно сейчас я не могу говорить об этом. Это будет уже слишком.
— Я знаю. Я думал, что, если отпущу тебя добровольно, ты найдешь свой путь обратно. Я хочу, чтобы ты была счастлива. Я люблю тебя достаточно ради этого и ради Арабеллы. Как бы ни было это отстойно, Лиам хороший человек и будет хорошим отцом.
Положив руку на живот, я молюсь, чтобы он стал отцом этому малышу. Я уже знаю, какой он человек, и как он относится к Арабелле, даже при том, что она ему не родная. Он любит ее всем сердцем.
— Мне страшно, — признаюсь я.
— С ним все будет в порядке. Я знаю его лучше, чем кто-либо другой. Если они соблюдают тишину, значит, этому есть причина. Я понимаю, тебе кажется, что ты знаешь много о том, что происходит на наших миссиях, но это не так. Много раз мы находились в опасности. Он один из самых умных парней, с которыми мне приходилось служить, и я пошел бы за ним куда угодно. — Аарон встает и смотрит на Арабеллу. — Если что-нибудь случится с ребенком, — он смотрит на мой живот, — ты скажешь ему, и если окажется, что мужчина из него хуже, чем я думал, то я выбью из него все дерьмо. А сейчас отдыхай. Ри уже в пути.
Я закрываю глаза, пытаясь расслабиться, и молюсь, чтобы это не закончилось так, как много раз до этого. Я люблю этого ребенка. Я люблю этого мужчину. И я хочу их обоих.
— Ли. — Кто-то трясет меня. — Натали, просыпайся.
Я открываю глаза, и Ри садится на диванную подушку, убирая мои волосы.
— Привет, — хриплю я. — Ты что-нибудь слышала? Мейсон или Лиам звонили?
Она отводит взгляд, и я борюсь с желанием закричать.
— Мейсон сказал, что они все еще не отвечают на запросы. Он больше ничего мне не говорит, только то, что держит ситуацию под контролем.
— Точно, — вздыхаю я. Если быть честной, мне повезло получить хотя бы это. — Мне надо встать.