О, Боже.
Перестаю дышать, когда понимаю, что это… я. С пистолетом в руках.
Эти мишени были не так уж далеко, правда?
Все смотрят в тишине, как попадаю в первую мишень, затем во вторую. Звук из колонок оглушает.
И тут я вспоминаю, чем еще мы занимались там.
— Алекс, — шепчу сдавленным голосом. — Стрельба была не единственным…
— Не беспокойся, — шепчет он в ответ. — Я знаю, где находятся все камеры на этом участке. Ты в безопасности. — Его глаза темнеют. — Ты правда думаешь, что я стал бы трахать свою жену там, где это могли бы увидеть другие?
Я содрогаюсь.
Боже, он такой защитник, и мне это так нравится.
— Нет.
Он целует меня в щеку и мягко говорит: — Никто не увидит того, что принадлежит мне, Харпер. Никто не прикоснется к тому, что принадлежит мне. Ты моя жена, только для меня и больше ни для кого.
Сглатываю и киваю, пока видео продолжается.
Я попадаю во все, черт возьми, мишени. Это похоже на выход из собственного тела. Даже не узнаю женщину на экране. Она выглядит… уверенной.
Понастоящему крутой.
Наконец, словно кто-то нажимает кнопку разморозки, и все в комнате приходят в движение.
Виктор тихо ругается с уважением. Глаза Екатерины светятся. Полина смотрит, открыв рот.
Никко улыбается: — Никогда в жизни не видел ничего подобного. — Он качает головой. — Давайте устроим соревнования. Можете делать ставки.
— Ставлю на Харпер, — бормочет Лев, глядя на меня с новым уважением. — Кто тебя учил?
Я облизываю губы: — Эм, никто, — пожимаю плечами. — Это просто… ну, само собой получилось.
Неверящий шепот раздается вокруг, но никто не решается открыто поставить меня под сомнение перед Александром.
Однако Коля усмехается: — Я знал одного человека в армии с такой точностью. Когда военные узнали о его мастерстве и навыках, он стал одним из их самых любимых оружий. — Его взгляд устремляется на Александра. — Совет, Александр. Пожалуйста, держи исключительные таланты своей жены только между нами. И никем больше.
Глаза Александра становятся жесткими.
— Безусловно.
— Это впечатляет, Харпер, — с очевидным восхищением говорит Михаил. — Ты не возражаешь помочь нашей семье, если нам понадобятся твои навыки?
Меня действительно трогает, что он спросил, а не просто предположил.
Я прочищаю горло.
— Теперь это моя семья, — говорю я. — Конечно.
Но действительно ли я понимаю, на что соглашаюсь?
— О, Боже, — выдыхает Полина. — Ты можешь меня научить?
Я качаю головой: — Прости, но понятия не имею, как учить кого-то.
— Именно поэтому ты знаешь, что ее талант — врожденный, — подтверждает Коля.
Этот парень мне нравится.
— Есть кое-что, о чем я хочу, чтобы ты помнила, Харпер. — Я поднимаю взгляд на экран и вижу серьезное выражение лица Михаила. — Пожалуйста.
Я киваю, сглатывая, немного ошеломленная внезапной интенсивностью внимания всех ко мне.
— Да?
— Есть огромная разница между умением стрелять и умением убивать, — говорит он. Тишина в комнате подчеркивает серьезность его слов. — Мы можем быть под атакой прямо сейчас, и, скорее всего, ты смогла бы стрелять на поражение и одержать победу. — Он наклоняется вперед. — Но это совершенно другое — знать, что твоя пуля забрала чью-то жизнь.
У меня скручивает живот. Александр сжимает мою руку. Я молча киваю.
— Познакомься со своим оружием, — говорит Михаил. — Мы оставим твои навыки только между нами. И, Харпер?
Я смотрю на него.
— Добро пожаловать в семью.
— Спасибо, — прочищаю горло. — Я хочу кое-что сказать.
Михаил кивает. Александр смотрит на меня, его глаза горят огнем.
— Есть… ситуации… которые могут потребовать чего-то иного, чем смертельный удар, верно? Например, предупредительные выстрелы или, возможно, необходимость обезвредить оружие, или… камеру, или что-то еще. Я могла бы… обезвредить взрывное устройство или что-то в этом роде. Вывести из строя, не причиняя смертельного исхода.
Александр энергично кивает: — Безусловно.
— Принято, — говорит Михаил. Позади него раздается детский плач, и Ария шевелится в постели.
— Александр, она более искусна, чем кто-либо из нас, но есть целый мир информации, которой ты можешь поделиться. Ты готов?
— Готов.
— Отлично, — говорит Михаил. — И как раз вовремя. — Он выпрямляется. — Я только что получил уведомление о том, что над твоим домом летает загадочный дрон, а три машины кружат вокруг периметра поместья. — Он смотрит на меня. — Харпер, готова продемонстрировать свои навыки несмертельного действия?
Екатерина встает, с легкой улыбкой в глазах и подмигивает мне. Она воплощение грации — одежда идеально сидит, ни одного выбившегося волоска. А я все еще в одежде, в которой была на тренировке, и мне отчаянно нужен душ. Чувствую себя неуклюжей, растрепанной и совершенно неподготовленной.
Полина поворачивается к Айви и берет ее за руку.
— Пойдем со мной, тетя Полина покажет тебе, как веселиться. Мама скоро вернется. — Она протягивает руку, чтобы сжать мою. — Покажи им, на что ты способна.
Как будто на меня только что не возложили всю ответственность в мире.
Я замечаю, что мои руки дрожат, и вспоминаю, что говорил Александр ранее.
Женщина, которая держит пистолет так, будто он был создан специально для ее руки…
Я успокаиваю дрожь и поворачиваюсь к Никко, который говорит: — Сюда.
Следую за ним по коридору, Александр идет следом.
— Отведи ее в хранилище, — тихо говорит он, чтобы услышали только мы.
Никко безмолвно кивает, резко сворачивает в другой коридор и останавливается перед дверью. Мне определенно нужно потратить больше времени на изучение этого места. Кажется, это настоящий лабиринт.
Я наблюдаю, как он вводит код, проводит пальцем по идентификационной полоске и открывает дверь. Когда мы входим, у меня отвисает челюсть. Все организовано с такой скрупулезностью, которая сразу напоминает об Александре, — идеальная гармония арсенала оружия.
Я осматриваюсь. Стены покрыты темно-серым металлом, мягкое освещение подчеркивает стеклянные стойки с пистолетами, ножами и другими предметами, которые на первый взгляд кажутся смертельно опасными. Все предназначено для ближнего боя.