— Я Энтони Брэдфорд — Хемпл. Без сомнения, вы знакомы с этим именем?
Хотел бы я сказать, что он произнёс это с самодовольством или высокомерием, но нет, это была просто констатация факта. Весь мир знал его; его имя было само собой разумеющимся.
Я его знал.
Англо — ирландские землевладельцы, им принадлежали огромные участки земли за Оранмором, они славились своими конюшнями, но, как и многие такие семьи, простое содержание больших поместий, отопление старых домов заставили их затянуть пояса. Ирландская ирония: в то время как простые люди богатели благодаря новой экономике, эти старые реликты богатой истории чувствовали, как они сами бы выразились, стеснение в средствах.
Я давно уже ничего о них не слышал, они исчезли с радаров. И, ясное дело, я не вращался в кругах, где их имена часто упоминались.
Ты — бывший полицейский с хромотой, слуховым аппаратом и проблемой с выпивкой, дела богатых и знаменитых не входят в твой список приоритетов. Я вряд ли собирался оформлять подписку на журнал Hello\!, но признаюсь ли я, что знаю его?
Чёрта с два.
Я сказал:
— Мне это имя до фени, приятель.
Лёгкий вздох, когда он переваривал оскорбление, потом:
— Что ж, мистер Тейлор, меня предупреждали, что у вас острый язык, но тем не менее я хотел бы нанять вас.
Я дал ему послушать, как вздыхаю я.
— Давай, выкладывай.
Он прочистил горло, и я задался вопросом, носит ли он шейный платок — они почти всегда их носят.
— Моей единственной дочери Дженнифер несколько недель назад исполнилось шестнадцать, и, естественно, я подарил ей пони.
Естественно.
Его голос дрогнул.
— Пони украли, и я получил по почте её хвост с запиской, что если я не заплачу пятьдесят тысяч евро, следующей будет Дженнифер.
Господи.
У меня были лебеди, собаки фигурировали в моей потрёпанной биографии, а теперь ещё и пони. Кто я? Алкогольная версия Эйса Вентуры?
Он добавил:
— Полиция утверждает, что работает над этим, но пока безрезультатно. У вас репутация человека, который добивается результатов, когда официальные каналы не справляются. Вы поможете мне? Пожалуйста, мистер Тейлор, я щедро вознагражу вас. Моя жена умерла несколько лет назад, и Дженнифер — всё, что у меня есть.
И тут меня осенило. Я хотел вернуть Ридж к жизни и знал, что она любит лошадей, поэтому сказал:
— Дайте мне свой адрес, я свяжусь с вами через своего помощника.
Эта идея ему не очень понравилась, но я заверил его, что она будет только собирать информацию, а я лично займусь делом.
В конце он сказал:
— Вы не пожалеете об этом, мистер Тейлор.
Я уже пожалел.
9
Белое перо
Я готовился к встрече с Ридж, не зная, как она воспримет моё предложение войти в мою фирму. Да, я знаю, как это звучит — моим единственным сотрудником был мой приёмный сын Коди, и, как говорят американцы, «он принял пулю за меня»... буквально, и теперь он там же, где почти все, кто имел со мной дело.
Похоронен.
Я всё ещё не мог оправиться от откровения, что я не виноват в смерти Серены Мэй. Это было средоточием всего моего существования в последние годы. Вина, кошмары — и бац, это сделал не я.
Теперь я наконец мог думать об этом прекрасном ребёнке, о кнопочке — носике, об ангельском личике, и не быть раздавленным. Господи, я любил её сильнее, чем позволяет простой алкоголь, и, что хуже, она тоже любила меня. Я смешил её, и у неё был такой чудесный, согревающий душу смех, что можно было поверить в ангелов. И даже когда я думал об этом, зазвонил церковный колокол из Кладдаха. Старики говорят: «Когда слышишь звон колокола, это ангел получает крылья». Правда, старики верят во всякую странную хрень. Тем не менее, мне эта мысль как бы нравилась, хотя я ни хрена не знал об ангелах. Демоны и дьяволы — вот моя компания.
Ещё одна пишог — это ирландское название истории, которая не только неправдива, но и суеверна, — гласит, что если найдёшь белое перо, значит, ангел рядом.
Бред... да?
И, как бывает, строчка из песни Кристофферсона всплыла сама собой — о колоколе, звенящем в одиночестве.
Я включил радио, одеваясь: медсёстры бастовали, лебеди умирали от какого — то таинственного вируса, и вода, всегда эта вода в последнее время. Стоматологи рекламировали, что используют только бутилированную воду для полоскания, а священники — в кропильницах. Не знаю насчёт святой воды, но она точно стала дорогой. Бедным и нуждающимся выдавали бесплатную бутилированную воду вместе с государственными пособиями. Городской совет, когда мы вступили в Великий пост, теперь заявлял, что вода будет объявлена безопасной только к сентябрю. И тогда мы им поверим?