Курт и так уже потерял додзё. Я не могла допустить, чтобы он лишился своей коллекции.
Клэр помогала мне, снимая оружие со стены и бросая на диваны.
— Нет! — послышался крик Курта. — Бэнкс, отойди оттуда!
Он подбежал, схватил меня за руку и оттащил назад.
— Туши остальные свечи!
Огонь перекинулся на ламбрекен. Я начала задувать свечки, пока новый порыв ветра не свалил их на пол.
В комнату вбежали Андрей и Кирилл. Взгляд последнего, полный ужаса, был устремлен на нас.
— Клэр! — закричал он.
Развернувшись, я увидела, как объятый пламенем кусок ткани, буквально державшийся на ниточках, начал распадаться на мелкие фрагменты. Девушка проследила за взглядом парня и подняла голову. Он молнией бросился к ней, как вдруг золотой карниз сломался и сорвался со стены. Все происходило как в замедленной съемке. Пылающие шторы полетели вниз. Мы кинулись на помощь Клэр, но в тот же миг кто-то схватил её за футболку и дернул назад за секунду до того, как объятый огнем карниз упал на пол. Она приземлилась на спину в центре комнаты и поморщилась, то ли от боли, то ли от страха.
Это был Дэвид. Я даже не заметила, когда он вошел.
Клэр лежала, пытаясь отдышаться. Подбежав к девушке, Кирилл нагнулся и подхватил её, прижав к себе.
— Господи, — сдавленно прошептал он, держа ее лицо в ладонях. — С тобой все в порядке?
Потрясенная, она подняла взгляд. Дэвид, стиснув зубы, стоял рядом с ней.
Все на мгновение оцепенели, по кусочкам складывая общую картину произошедшего. Курт отвернулся и направил струю огнетушителя на окно. Вместе с Андреем они затушили яркие языки пламени, которые быстро превратились в дым.
Я выдохнула, пытаясь перевести дух.
Парни поставили баллоны на пол. Нас переполняли эмоции: усталость, замешательство, злость. Алекс тяжело дышала, приложив руку к груди. Кирилл обнимал Клэр, оба молчали.
Андрей рухнул на диван и подпер голову руками, а Курт… Он наконец перевел взгляд на Дэвида и пригрозил:
— Думаешь, мы не вызовем полицию? Тебе следовало бы сбежать.
— Я никуда не убегу, — ответил тот, уставившись в стену. — Вызывайте.
Я ощутила в сердце ноющую боль и почувствовала на себе взгляд Курта. Что я могла еще сказать? Пожалуйста, не звони.
Отец не позволит Дэвиду вернуться в тюрьму. Он отправит моего брата туда, где у того не будет возможности снова его опозорить, и продержит там, подальше от посторонних глаз, измываясь, до тех пор, пока Дэвид не возьмет себя в руки.
На месте Курта я считала бы, что он заслуживает страданий, и предприняла бы все, чтобы обезопасить своих друзей и семью.
Но я не была на его месте.
Мой подбородок дрожал. Я относилась слишком предвзято к этой ситуации и не могла спокойно наблюдать за мучениями Дэвида.
— Клэр? — позвал Курт, подойдя ко мне и сжимая мою руку. — Кирилл? Андрей? Ребята, поступайте так, как считаете нужным. У меня есть более важные вещи.
Он прижался губами к моему виску. Я не могла просто попросить их отпустить брата, но была благодарна Курту за то, что он встал на мою сторону.
Никто не проронил ни слова. Клэр стояла, отвернувшись от Дэвида, терзаемая сомнениями – это читалось в её взгляде.
Она была все еще зла, но он только что спас её от серьезных травм, или того хуже.
И что Дэвид прошептал ей до появления парней?
— Не обольщайся, — усмехнулся брат. — Я не стал хорошим парнем. Вызывайте полицию.
Кирилл повернулся к нему с таким видом, словно был готов ударить, но Клэр потянула жениха назад.
— Проваливай отсюда ко всем чертям, — прорычала девушка. Отвернувшись, она тяжело дышала, чтобы не поддаться захлестнувшей её злобе.
Брат бросил взгляд на меня. Я так много хотела сказать, но мы оба знали, что ему нужно было убираться отсюда, пока она не передумала.
Он вышел из комнаты. Затем я услышала, как распахнулась входная дверь. Шум дождя зазвучал громче.
А вдруг я больше никогда его не увижу? У меня так долго не было никого, кроме Дэвида.
Но сейчас мне нужно было привыкать к новой жизни. К моему дому, новому распорядку дней, даже к одежде… Я выдохнула. Живот свело от боли.
Выбежав из дома, я крикнула:
— Дэвид!
Слезы катились по моему лицу, застилали пеленой глаза. Я с трудом могла его различить, но заметила, что темный силуэт остановился и медленно обернулся.
— Ты хоть когда-нибудь меня любил? — спросила я.
Он неторопливо приблизился, пристально глядя на меня.
— Любовь – это боль, Ник, — ответил парень. — В ней нет ничего приятного.
— Даже в моей любви?
Дэвид опустил глаза, покачав головой.
— Я не хочу делать тебе больно. Больше не хочу, — добавил брат. — Вот все, что я знаю.
Медленно попятившись, он развернулся и, удаляясь по длинной подъездной дорожке, растворился в ночи.
Проводив его взглядом, я еще долго смотрела в пустоту. Никогда не поздно.
Комментарий к
Извините, мои слёзы не дают мне покоя!
========== Часть 30 ==========
Бэнкс
Наши дни
Октябрьский ветер завывал снаружи, заставляя тихий дом поскрипывать. Было около трех часов ночи, но я не собиралась подниматься, чтобы проверить время на телефоне. Мы с Куртом сидели на кровати. Я устроилась у него между ног, опираясь на грудь, а он в свою очередь прислонился спиной к изголовью.
Я гладила его руки, то и дело переплетая его пальцы со своими. Наступил Хэллоуин.
— Ты чувствуешь? — спросила я тихо.
— Что?
Глубоко вздохнув, я закрыла глаза.
— Новое начало.
Тяжелый груз упал с моих плеч, когда Дэвид ушел несколько часов назад. Я гадала, куда он отправился, был ли в безопасности. И меня все еще беспокоило то, что он сомневался в силе моей любви к нему.
Однако до этого момента я не осознавала, как сильно боялась его.
По крайней мере, какая-то часть меня.
Не осознавала, пока мой брат не покинул дом, не обещая больше вернуться. Тупая боль в животе, с которой я настолько свыклась, что практически перестала обращать на нее внимание, начала постепенно исчезать. Он всегда очень крепко держал меня в своих тисках. Слишком крепко.
Зато сейчас появилось такое чувство, будто я могла вдохнуть полной грудью целый океан воздуха. Мне больше не нужно было делать то, чего я не хотела. Более того, я получила возможность заниматься всем, чем вздумается. Ходить в школу, примерять каблуки, возвращаться домой на рассвете, путешествовать, работать волонтером, посещать бары…
Заводить друзей.
— Если ты решишь аннулировать наш брак, я не стану препятствовать, — сказал Курт, касаясь губами моих волос. — Мы можем начать все заново. С чистого листа. На свидание сходить, к примеру. А потом устроим настоящую свадьбу, когда я сделаю тебе предложение, и… если ты согласишься, — он понизил голос до шепота. — Я поцелую тебя, как положено.
Уголок моего рта приподнялся в улыбке. Курт явно сожалел о том, какой получилась наша «свадьба».
— Нет, — подняв руку, я посмотрела на свое кольцо. — Это часть нашей истории, и я не хочу ничего менять. Она нравится мне такой.
Парень обвил рукой мою талию, крепко и властно.
— Итак, что дальше? — спросил он. — Чем ты теперь хочешь заняться?
— Всем.
Курт тихо засмеялся. Я определенно ощущала неуверенность. И чувство вины. Он уже купил мне новый гардероб, но я не могла позволить ему содержать меня. Придется что-нибудь придумать в ближайшее время. Если не буду вносить вклад в нашу жизнь, то не почувствую себя счастливой.
И в этот дом.
То есть наш дом.
— Почему ты держал свой дом в секрете? — повернув голову к Курту, вдруг спросила я.
Его глаза засияли от улыбки.
— По той же причине, почему мне нравилась исповедальня.
Я сдвинула брови, не совсем понимая его.
— Люблю уединение. Это мое личное пространство, — пояснил он. — Единственное место, где я могу побыть в тишине, прислушаться к своим мыслям без всяких отвлекающих факторов, — Курт поцеловал меня в висок. — Я знал, что секрет рано или поздно откроется, но хотел насладиться этим и пожить спокойно… прежде чем друзья станут постоянно наведываться в гости.