Чуть больше часа спустя, Аспен припарковался на обочине у дома, который я не видел много лет. Сады цвели, и газон выглядел свеже подстриженным. Двигатель заглох, но я сидел на месте.
За пять лет, я никогда не ожидал возвращения, но вот, я снова стоял перед домом своего детства. В моей крови текло больше эмоций, чем я мог определить. Страх. Неуверенность. Злость. Замешательство. Тревога. Паника. Облегчение.
Из-за столкновения и смеси ощущений я смотрел вдаль, на прошлое, которое предпочёл бы никогда не вспоминать. Когда это произошло, к чувствам добавилась скорбь.
— Ты в порядке?
После тишины, которая длилась большую часть дня, искренность в голосе Аспена прорвалась сквозь мой туман, и я повернулся к нему.
— Да. Просто… всё это сложно обдумать, — я глянул обратно на кирпичный дом, возвышающийся на фоне безоблачного неба. Я не знал, что делать дальше, или как сделать этот первый шаг. — Послушай, прости меня за…
— Забудь. Давай просто оставим это в прошлом. Я знаю, что тебе не легко. В последнюю очередь тебе сейчас нужно переживать о том, что не имеет значения.
Я повернулся лицом к нему, хмуря брови.
— Не имеет значения?
Он вздохнул и покачал головой.
— Хаксли, ты теперь дома. Сосредоточься на этом.
Лицо Аспена было напряжённым, и в его голубых глазах таился намёк на грусть.
— Так мы всё ещё можем посмотреть, к чему нас это приведёт? Или ты говорил серьёзно о том, что я был просто хорошим трахом посреди глуши?
Он опустил внимание на свои руки и минуту возился с ногтями, прежде чем снова поднять голову.
— Я не это имел в виду. Я был расстроен. Ты бросался в меня сумасшедшими обвинениями. Но, честно говоря, Хаксли, я не думаю, что сейчас хорошее время нам что-то строить.
— Почему?
Он колебался и подбирал слова осторожно, чтобы продолжить.
— Думаю, тебе придётся ко многому привыкать заново. Может, со временем, когда ты устроишься, мы поговорим об этом ещё раз. Тебе следует воссоединиться с семьёй… и, может быть, с доктором тоже.
Я поморщился от его последнего заявления.
— Что?
— Это не повредит.
— Ты считаешь меня сумасшедшим.
— Я не считаю тебя сумасшедшим. Я считаю, что тебе нужна… помощь.
Мои вены наполнились ледяной водой, и я мог только ошеломлённо смотреть, как замедлилось время, и слова Аспена одно за одним встали на места. Как только они полностью осели в моём мозгу, я высвободился от шока и отстегнул ремень безопасности.
Прежде чем я успел выйти из джипа, Аспен схватил меня за руку, которую я быстро попытался вырвать.
— Хаксли, подожди.
Я оглянулся, с растущей злостью.
— Ты знаешь, почему я ходил к доктору Кольеру. Я поделился этим с тобой. Я не болен. Я не параноик. Я не одержимый. Но ты такой же, как все остальные, и видишь только то, что выбираешь видеть. Натаниэль знал. Он видел, как я иногда выматываюсь из-за всего, что обдумываю ежедневно, о чём не думают другие.
— И ты ходил к доктору Кольеру, чтобы успокоить свои мысли, верно?
— Да, — произнёс я сквозь сжатые зубы.
— Ладно. Логично. Так почему бы не пойти к нему снова?
— Потому что я себя контролирую.
Аспен невесело фыркнул, что только разозлило меня ещё больше.
— Хорошо, да, определённо контролируешь. Хаксли, — его хватка на моей руке ослабла, и он обхватил мою ладонь своей, разворачивая меня. — Я не буду тебе врать. Мне действительно нравилось то, что было между нами. Ты… У меня никогда не было такого секса, и это было действительно нечто. Когда твой разум не бежал впереди тебя, я даже наслаждался тем, что узнавал тебя. Но правда в том, что прямо сейчас тебя поглощают мысли, и это немного слишком. Мне не нравится выслушивать обвинения в том, что не является правдой. Так что, как бы сильно я ни хотел посмотреть, что у нас может получиться, я не могу, когда ты такой.
Мой взгляд опустился на наши соединённые руки, и мне понадобилась минута, чтобы найти свой голос. Красный след на запястье Аспена пробудил воспоминание о нашей совместной ночи. О ночи, которая была всего два дня назад.
Прежде чем успеть ответить что-нибудь глупое, я убрал руку из его хватки и открыл дверь джипа. Аспен вышел и помог мне выгрузить вещи на газон, а затем повернулся ко мне.
Я покачал головой, пока он не успел заговорить.
— Просто уезжай.
Оставив его стоять у дороги одного, я направился к входной двери в дом своего детства.
Глава 20
Аспен
Следующий месяц был загруженным. Так как я не мог оставить своё детище, я много времени проводил в университете, работая над данными, которые мы собрали, и изучая цифры. Пятилетнее изучение популяции медведей-гризли было закончено и ожидало последних подсчётов.
Меня позвали провести несколько семинаров по нашему исследованию и показать новому поколению студентов, полевых биологов, какие возможности видны на горизонте.
Сентябрь уже приближался к концу, когда я, наконец, решил, что жизнь успокоилась достаточно, чтобы начать работу над диссертацией. Я знал, что меня будут прерывать и вызывать в помощь на лекциях и, возможно, на лабораторные работы, но было самое время взяться за дело.
Я сосредоточился на эффектах промышленных отходов на дикой природе. Я годами собирал данные и сидел в своём домашнем кабинете среди гор текстов и различных исследовательских документов, когда раздался стук в мою входную дверь.
Отодвинувшись от своего стола, я снял свои очки для чтения, положив их на бумаги, и встал, чтобы открыть дверь. У меня не часто бывали гости. Иногда заходил Джефф, реже моя мама, но перед этим они звонили, чтобы меня предупредить.
Когда я открыл дверь, мои волосы взъерошил прохладный ветер, и я вздрогнул, увидев своего неожиданного гостя.
— Крис? Привет, как жизнь?
— Красавчик! — его озорная улыбка была такой же яркой, какой была всё лето. — Ты ведь не думал, что от меня можно так легко избавиться? — он протянул кулак, чтобы я стукнулся о него своим, и я поддался, хоть этот жест и заставлял меня чувствовать себя по-детски и нелепо.
— Это было бы глупо с моей стороны. Эмм… Как ты узнал, где я живу?
Крис поиграл бровями.
— Моя миссия — знать о тебе всё, красавчик.
— Это жутко, Крис. Если ты меня преследуешь, я не хочу этого знать. Чем я могу тебе помочь?
Рюкзак Криса висел на его плече, и он поправил его удобнее, прежде чем кивнуть подбородком.
— Не против, если я зайду на минутку?
— Да, конечно, — я отошёл в сторону и придержал дверь. — Ты избавился от ирокеза.
Он провёл рукой по своей стриженной голове, волосы на которой были длиной примерно в дюйм и вернулись к своему натуральному каштановому цвету.
— Да, — он пожал плечами, — у меня было собеседование. Ну, знаешь, профессиональное. Мне нужно было выглядеть хорошо.
— Ну, мне нравится. Человек из тебя получается получше, чем росомаха. Принести тебе выпить?
Я провёл его на свою крохотную кухню, где он бросил свой рюкзак на пол и отодвинул стул от моего столика на двух человек.
— Нет, приятель, не нужно.
Решив прислониться к белой панельной тумбочке, я скрестил руки на груди и любознательно улыбнулся.
— Так чем я обязан такой чести?
Крис покопался в своём рюкзаке и достал папку, которая была смята с трёх углов из-за того, как была засунута.
— Я забыл попросить тебя подписать мои документы с полевых работ, а мне нужно их сдать, иначе мне не засчитают часы, — он передал мне папку и поджал ногу под свою задницу. — Ещё я думал, можем ли мы поговорить.
Это привлекло моё внимание, и я поднял взгляд от изучения первого документа в стопке.
— Поговорить?
Он пожал плечами и опустил голову, будто стесняясь, впервые за то время, что я его знаю.
— Я просто… я говорил, что вдохновляюсь тобой, чувак. Мне сделали два предложения на зимние полевые работы, и я не знаю, которое принять.
Я закрыл папку и бросил её на стол, чтобы отодвинуть стул и присоединиться к Крису. Он встретился со мной взглядом, с оттенком румянца на щеках, что было очаровательно и убрало эту его раздражающую сторону.