— Я польщён. Но, честно говоря, это должен быть твой выбор. Это зависит от того, какие у тебя цели на будущее. По какой тропе ты хочешь пойти?
— Я пока особо не знаю.
— Хорошо, какие есть предложения?
Его глаза зажглись, и он выпрямился, складывая руки на столе перед собой.
— Ну, первое больше связано с изучением окружающей среды. Это в нашей местности. Я буду брать образцы заболоченной земли, флоры, почвы, воды, всего необходимого для изучения. Второе… — он колебался, — это то же самое, что ты делал на севере Онтарио с чёрными медведями. Надевать на них ошейники, разбираться в физиологии и брать образцы для лабораторий.
Воспоминание о подобной должности вызвало улыбку на моём лице. Это было среди моих любимых занятий.
— Это две совершенно разные работы, Крис. Мне кажется, ты знаешь о своём будущем достаточно, чтобы решить, хочешь ты заниматься окружающей средой или дикой природой.
— Да, знаю, — он снова опустил взгляд и провёл пальцем по краю стола. — В этом и дело. Пока ты не присоединился к нам в мае, вертолётная команда приглашала нас с ними, если захочется чем-то заняться, потому что Дэви не особо быстро собирался. В основном они делали то же, что и мы, только выше в горах. Одним утром я полетел с ними. Брэкс, он обученный стрелок из транквилизатора, не часть их команды, оставался в округе с зимнего исследования, которое проводил университет. В целом, та же ерунда, как проект «Чёрный медведь», только с гризли. Ошейники и всё остальное. Так что они спросили, хочу ли я попробовать поработать. Мы поднялись в горы и нашли самого большого чёртового гризли, который, вероятно, только есть. Будто чёртов мамонт, чувак. Брэкс выстрелил в него, вертолёт посадили, и бум, сразу за дело. Медведь боролся с транквилизаторами. Будто действие могло как-то пройти. В любом случае, я просто застыл. В медведя пришлось стрелять два раза. Те парни все сбежались, и я наблюдал, как они надевали ошейник, брали кровь, зуб, образцы шерсти, всё. Его даже подвесили к проклятому дереву.
— Это чтобы взвесить его, ты ведь знаешь, верно?
Огорчение на лице Криса вызывало беспокойство. Он не был обучен и подготовлен делать то, на что взяла его вертолётная команда.
— Теперь знаю. Брэксу пришлось делать ещё и укол. Затем, когда они закончили, мне сказали садиться в вертолёт, потому что они собирались лететь обратно, и нам нужно было двигаться быстро. Асп, это было ужасно страшно. Если я с этим столкнусь при работе с чёрными медведями…
— Воу, воу, — я положил руку на его суетливые пальцы. Он поднял голову, и я увидел напряжённое беспокойство в его глазах. — Давай я попробую объяснить тебе то, что ты видел, а затем расскажу, насколько сильно это будет отличаться от того, что ты будешь делать, хорошо?
Крис закусил нижнюю губу и кивнул, и при этом выглядел невероятно молодо. Несмотря на весь летний флирт, было очевидно, что он воспринимает меня как лидера команды и уважает.
— Прежде всего, меня немного беспокоит, что эти парни могли работать против правил. Там рядом находился или участвовал лидер?
— Да, парень по имени Винс. Он знал, чем занимаются парни, и одобрял, но не летал с ними.
— Хорошо, — когда я убрал успокаивающее прикосновение к руке Криса, он нахмурился и откинулся на спинку стула, глядя на стол. — Итак, прежде всего, разбираться с живым, бодрым медведем и разбираться с медведем в спящем состоянии, это совершенно разные вещи. В случае с чёрными медведями, ты будешь работать с естественно усыплёнными животными, из-за спячки. Их пульс уже будет замедлен, и ты используешь уколы, чтобы временно их отключить. Не будет того же сопротивления, которое ты видел. Активный медведь будет естественно бороться с усыплением, и может потребоваться вторая или даже третья доза, если не поможет. Как с твоим гризли. Даже если они в отключке, их могут разбудить громкие звуки, так что смысл в том, чтобы работать быстро и тихо. Помогают повязки на глаза. Образцы, которые ты берёшь, те же самые. Кровь, чтобы можно было понять, было ли попадание болезнетворных организмов, зачастую берётся предкоренной зуб, чтобы определить возраст, образцы шерсти, все параметры тела, которое можем получить, и ты будешь собирать любых видимых паразитов, вроде клещей. Иногда, если команда обладает хорошими навыками, мы можем взвешивать медведей.
— Подвесив их на дереве. Я не знал, что они это делают, — Крис покачал головой и рассмеялся над собой. — Я не чёртов нытик. Просто всё это было бешено и сумасшедше. Если я увижу такое с чёрными медведями, не знаю, смогу ли я справиться.
Я постучал костяшками пальцев по столу и поднялся с места. Я достал из холодильника две бутылки воды и поставил одну на стол рядом с Крисом, хоть он и сказал, что ничего не нужно. Снова прислонившись к тумбочке, я сделал глоток воды.
— Поверь мне, у тебя опыт будет намного спокойнее. На самом деле, такой проект усилил мою любовь к диким животным и привёл меня к лидерству в проекте «Гризли». Я вырастил в себе уважение и любовь к медведям. Их дух не похож ни на какое другое животное.
Крис отпил из своей бутылки и закрыл крышку, после чего прочистил горло и снова откинулся на спинку стула.
— Знаешь, ты отличный учитель. Я насладился нашим летом. Ты многому нас научил, — он с дьявольской улыбкой пожал плечами и добавил: — Хоть ты меня и не трахнул.
— Засранец, — я рассмеялся вместе с ним. — Но спасибо, Крис. Хоть я был готов отдать проект кому-нибудь другому, было приятно побывать там и завершить его.
Его карие глаза нашли мои и изучали меня. Вернулась вспышка юмора, к которой я привык больше и которую ассоциировал с натурой Криса.
— Так что случилось с самым диким из зверей?
Я нахмурился, не понимая.
— С самым диким из зверей?
Он хохотнул.
— С дикарём из леса, — он бросил взгляд на мои руки. — Я вижу, твои ссадины от верёвки хорошо зажили. Вы двое ещё встречаетесь?
Мои щёки порозовели, и я провёл рукой по волосам, отталкивая укол сожаления. Мне едва ли удавалось не думать о Хаксли. Мне не нужно было снова ворошить прошлое, особенно в компании Криса.
— Нет. Ему пришлось со многим справляться по возвращению домой. Я… Мы разошлись.
Крис удерживал мой твёрдый взгляд, а затем потянулся в свой рюкзак и достал планшет. Нахмурив брови, он стучал пальцами по экрану. Когда нашёл то, что искал, он передал гаджет мне.
Это была статья местных новостей, с заголовком «Найден пропавший мужчина». У меня скрутило желудок от осознания, что такая публичность из-за его возвращения не пойдёт Хаксли на пользу. Я пролистал статью. Особых подробностей не было, но журналист задел несколько уместных деталей, таких как суд, длительное отсутствие Хаксли и его душевное здоровье.
— Я знаю, кто он, — слова Криса прорезались сквозь моё растущее раздражение на прессу за то, что они столько всего раскрыли о Хаксли.
— Что?
— Дикарь. Хаксли. Ты был присяжным на деле о его муже.
Я не мог оторвать глаз от экрана. Фотография Хаксли, прикреплённая к статье, была старой. Я задумался, попытались ли эти идиоты сделать новую. Хаксли никогда не допустил бы этого.
— Аспен?
— Да, так и было.
Я протянул Крису обратно его планшет, нахмурившись. Чтобы отвлечься, я притянул к себе папку с документами, которые нужно было подписать, и занялся ими.
— Я думал, вы друг другом увлеклись. Что случилось?
Проведя рукой по волосам, я перевернул и подписал второй документ, и просмотрел несколько оставшихся, проверяя, требуется ли там моё внимание.
— Мне не особо комфортно обсуждать свою личную жизнь, Крис. Хаксли нужно было вернуться домой. Я помог ему сделать этот шаг. Конец истории.
Я толкнул папку через стол, но Крис не взял её. Он продолжал анализировать меня.
— Так почему бы не вызвать полицию?
Крис никогда не был воспитанным. Почему я этого ожидал? Он говорил то, что было у него на уме.