— Завтра? — спросила она одним словом.
— Завтра, — ответил я.
Вечером мы сидели у костра. Элара жарила на палочке корневище, найденное у ручья, — девочка постепенно перестала выглядеть как скелет, обтянутый кожей. Нормальная еда, отдых и компания делали своё дело. Её щёки округлились, синяки под глазами побледнели.
— Кого вы вернёте следующим? — спросила Элара, дуя на горячий корень.
Ким промолчала, но я видел — она тоже ждала ответа.
— Рикона, — сказал я.
— Кто такой Рикон? — Элара наклонила голову, как любопытная кошка.
— Здоровенный однорукий варвар с секирой. Громкий, весёлый и абсолютно бесстрашный. Он называет меня «босс» и готов пробить головой стену, если я попрошу.
— Звучит как идиот, — заметила Элара.
Ким издала звук, который можно было бы назвать смешком, если бы Ким когда-нибудь смеялась.
— Он не идиот, — я улыбнулся. — Он… Рикон. Когда он рядом, кажется, что любая битва выиграна ещё до начала. Не потому что он сильный. А потому что он верит. Слепо, упрямо, по-дурацки верит, что мы победим. И эта вера заразна.
Я замолчал, глядя в огонь. Красная нить в моём сознании пульсировала, как сердцебиение. Завтра.
Утро выдалось холодным. Иней лёг на траву белым кружевом, а выдох превращался в облачко пара. Я встал до рассвета, проверил экипировку и отправился на охоту один.
Ким хотела пойти со мной, но я покачал головой.
— Побудь с Эларой. Это не займёт много времени.
Тролль нашёлся на привычном месте, у водопоя. Шестнадцатый уровень — крупнее обычного, с бивнями, торчащими из нижней челюсти. Бой длился дольше, чем хотелось бы. Тролль попал мне по рёбрам — удар отозвался тупой, тягучей болью, от которой потемнело в глазах. Но Клинок Уробороса нашёл щель под подбородком, и тварь рухнула, обдав меня фонтаном вонючей крови.
Внимание! Получен Уровень 20.
Я вложил все пять очков в интеллект. Мана выросла до пятисот десяти. Достаточно.
Вернулся в лагерь. Ким и Элара ждали — одна стояла, вторая сидела, но обе смотрели на меня с одинаковым выражением: ожиданием.
Я сел на землю, скрестив ноги. Закрыл глаза. Потянулся к нитям.
Красная нить Рикона была толстой, грубой, пульсирующей. Даже в виде абстрактного ощущения она была похожа на своего владельца — шумная, напористая, не терпящая промедления.
Я вспомнил.
Не лицо — хотя лицо я помнил до последнего шрама на подбородке. Не голос — хотя этот хрипловатый бас снился мне в кошмарах после его стирания.
Я вспомнил суть. Рикона-воина, который терял руку и не жаловался. Его тупые шутки. Его манеру перехватывать секиру одной рукой, крутя её, как игрушку. Его взгляд — простой, прямой, без второго дна. Когда Рикон смотрел на тебя, ты точно знал, что он думает, потому что Рикон не умел притворяться. Не мог, не хотел, не считал нужным.
И его последний крик. «Босс!..» — голос, полный не боли, а ужаса. Ужаса от того, что его превращают в текст, в запись, в ничто. Ужаса за меня, а не за себя. Потому что Рикон даже в момент собственной гибели думал о том, останется ли его босс в безопасности.
— Воскрешение из Памяти, — произнёс я. — Рикон.
Способность Воскрешение из Памяти — Активировано!
Стоимость: 500 манны, 5 уровней.
Текущий уровень: 20 → 15.
Текущая манна: 510 → 10.
Та же боль. Выкручивающая, выламывающая, как будто из тела вырвали пять позвонков и бросили в топку. Уровни горели. Сила утекала. Мир потускнел.
Красная нить вспыхнула.
Вспышка — яркая, густая, как расплавленное железо. И из этого сияния, как из кузнечного горна, начала проступать фигура. Сначала контур — широкие плечи, массивный торс. Потом детали — шрамы на шее, обрубок правой руки, тяжёлая челюсть с недельной щетиной. И наконец — глаза. Карие, простодушные, чуть растерянные.
Рикон стоял передо мной, моргая, как человек, вышедший из тёмного подвала на яркий свет. Его левая рука рефлекторно потянулась к спине — туда, где должна была висеть секира.
Секира была на месте. Та самая, руническая, с тяжёлым лезвием и выжженными символами на древке. Она пришла вместе с ним — часть его, неотделимая, как рука или сердце.
— Чё за… — Рикон обвёл взглядом горы, лагерь, костёр, Элару с широко раскрытыми глазами, Ким с едва заметной улыбкой. Потом посмотрел на меня. Его лицо прошло через пять стадий за три секунды: удивление, замешательство, радость, гнев и снова радость.
— Босс! — он шагнул ко мне и обхватил здоровой рукой с такой силой, что у меня затрещали рёбра. — Босс, ты живой!
— Р-рикон, — просипел я, пытаясь вдохнуть. — Рёбра. Рёбра!
— Ой, — он отпустил меня, виновато улыбаясь. — Прости, босс. Увлёкся.