Внимание! Получен Уровень 150.
Сто пятьдесят. Я приближался к прежнему пику.
Монстры стали избегать меня. Сначала — мелкие, до тридцатого уровня. Потом — средние. К полудню второго дня тварей, готовых атаковать, стало меньше. Земля Чудовищ отступала.
Но я не отступал. Я спускался в ущелье — туда, где фиолетовый туман клубился, как живой, и где водились монстры, которые никогда не поднимались на поверхность. Глубинные обитатели. Существа, рождённые в первозданной энергии разлома.
Кайрос шёл со мной. Не потому что я нуждался в защите — на сто пятидесятом уровне я мог убить большинство тварей ущелья в одиночку. Он шёл, потому что ему было интересно. Впервые за столетия — интересно. Он наблюдал, как я расту, как меняюсь с каждым уровнем, и в его серых глазах появилось выражение, которого я не видел раньше. Любопытство.
— Ты — как огонь, — сказал он вдруг, глядя, как я в одиночку зарубил Кристаллического Титана семидесятого уровня. — Чем больше ешь — тем ярче горишь.
— Скорее как снежный ком, — ответил я, вытирая клинок. — Чем дальше качусь — тем больше становлюсь.
Кайрос усмехнулся. Вторая улыбка за всё время. Я коллекционировал.
К вечеру второго дня я перестал считать уровни. Они мелькали, как километровые столбы на шоссе — слишком быстро, чтобы запоминать каждый.
Внимание! Получен Уровень 175.
Внимание! Получен Уровень 200.
Внимание! Получен Уровень 225.
Двести двадцать пять. Выше, чем когда-либо в прежней жизни. Мои характеристики перевалили за сотню в каждой категории. Тело, которое Хранитель Знаний сбросил до первого уровня, стало сильнее, чем было на пике.
И всё ещё росло.
Последний бой второго дня — Страж Разлома. Существо, которое обитало на дне ущелья, в самом сердце энергетического источника. Не мутант — что-то изначальное, сотканное из чистой энергии, принявшей форму многолапого колосса с телом из кристаллизованной тьмы.
Страж Разлома
Уровень: 200
Двухсотый. Впервые — враг, сопоставимый с моим уровнем.
Бой длился час. Я призвал всех — всю свою армию, более четырёхсот душ к тому моменту. Мутанты, горгульи, костяные гончие, кристаллические пауки, земляные черви — все бросились на Стража, как прилив на скалу.
Кайрос ударил молотом — и Страж впервые пошатнулся. Джума добавил палицей — трещина побежала по кристаллическому телу. Заклинатель выпустил Ирвану — змея обвила ноги Стража, не давая двигаться. Камилла обрушила «Цунами» — вода затопила основание, вымывая энергию. Вин бросился в атаку, его «Касание Пожирателя» высасывало кристаллическую плоть по кусочкам.
Рикон прыгнул на плечо Стража — секира вошла в шею, руны вспыхнули так ярко, что на мгновение ущелье осветилось, как при фотовспышке. Шафак одновременно окаменяла конечности — одну за другой, превращая кристалл в гранит, лишая подвижности. Ким стреляла в точки сочленений, где кристалл был тоньше.
И я — в центре. Клинок Уробороса в руке, армия за спиной, двести двадцать пять уровней в теле.
Удар. Не «Эхо Памяти», не скопированный приём — мой собственный. Мой, выкованный за все время. Удар, в котором была сила Рикона, точность Ким, хитрость Лотфи, упрямство Констанции и ярость человека, у которого отобрали лицо жены.
Клинок вошёл в сердцевину Стража. Кристалл треснул. Тьма хлынула наружу, как нефть из скважины, — и растворилась, впитавшись в камень.
Страж рухнул. Беззвучно. Как падает марионетка, когда обрезают нити.
Внимание! Вы победили Стража Разлома.
Внимание! Получен Уровень 230.
Внимание! Получен Уровень 240.
Внимание! Получен Уровень 250.
Я стоял на дне ущелья, в кольце рассеивающейся тьмы, и чувствовал… всё. Каждый камень под ногами, каждое движение воздуха, каждое сердцебиение моих товарищей. Мир стал читаемым, как открытая книга. Нити Мироздания были видны невооружённым глазом. Тонкие, светящиеся, протянутые от каждого живого существа к каждому другому. Паутина жизни.
Душа: Страж Разлома.
Пятисотая душа. Ровно пятьсот существ, готовых по моей команде подняться из мёртвых и идти в бой.
Армия Легата Душ.
Я поднялся из ущелья на закате. Команда ждала наверху — грязные, уставшие, но живые. Все.
Джума посмотрел на меня. Долго, внимательно, как смотрят на оружие, которое вдруг оказалось опаснее, чем ожидалось.
— Ты изменился, — сказал он. Голос — ровный, но с оттенком чего-то, что я определил бы как осторожность. — Я чувствую. Когда мы встречались раньше — в той, прежней жизни — ты был силён. Но сейчас… — он помолчал, подбирая слова. — Сейчас ты — другое. Тогда ты был огнём. Сейчас ты — пожар.