— В Инферно мне дороги нет: там поджидает «жених», могущественный и очень сильный Владетельный, от которого я и сбежала. Прорыв устроить здесь — привести его самого сюда. У него-то как раз армия вторжения давно готова. Остаться здесь, ничего не предпринимая — дождаться объединенных войск местных королевств, против которых мы не выстоим. Попытаться сбежать в любой другой мир — там будет в точности то же самое. Демонов ни в одном мире не любят.
— Между прочим заслуженно, — веско заметил я, наблюдая, как притащили стол за которым мы всемером легко разместились, а после стали на него накрывать.
— Кто бы спорил, — пожала плечами она. — Жестокость и кровожадность в самой нашей природе.
— Но ты, пока что, очень выбиваешься из этого образа, — заметил я.
— Просто я прагматична. Нет смысла резать скот, если не сможешь получить от этого совершенно никакой пользы. Тем более не свой скот, за порчу которого, могут и «охотников» прислать. А напуганным народом править куда труднее, чем довольным жизнью.
— Действительно, — не стал спорить я.
— Да и кроме того, единственное, что еще не позволяет Нгаонао (так моего «жениха» зовут) заявиться сюда с армией демонов, это вот этот ошейник, — отвела она немного воротник халата, так, чтобы мне стало видно названное украшение: широкая кожаная полоса с мутным, переливающимся туманным камнем в центре. — Он пока еще достаточно надежно скрывает меня и мое местоположение. Но надолго ли? Как только Нгаонао почует меня, сразу же зашлет диверсионную и рекогносцировочную группу, которые и откроют затем Прорыв Инферно отсюда. В итоге он приберет к рукам и меня и новый ничейный Домен…
Глава 13
Мой сон прервался резко. Но еще до того, как проснулся разум, отреагировало тело. В итоге, когда я открыл глаза и сфокусировал свой взгляд, то увидел Княжну Альраа, придавленную к постели. Придавленную за горло моей рукой. Она судорожно рвала когтями эту руку и пыталась вдохнуть хоть немного воздуха. Но тщетно. И первое и второе. Раны закрывались мгновенно, а хватка была мертвая.
Однако, боль быстро прогнала остатки сна. Чуть посомневавшись — такой шанс закончить всю эту возню с Прорывом прямо сейчас, я разжал руку и отпустил горло жертвы.
Она тут же откатилась от меня как можно дальше. При этом кровать достаточно внезапно кончилась, и демонесса грохнулась с нее на пол.
Послышался надсадный кашель и хриплое с присвистом дыхание — Княжна судорожно восполняла недостаток воздуха в легких и прочищала пострадавшее горло.
— Ты что тут делаешь? — жестко спросил я, хватая ее за волосы одной рукой и приставляя под подбородок лезвие ножа Дара, что хранился у меня под подушкой и уже был в моей руке, словно бы сам в нее прыгнул, по собственной воле.
— Хя… — с хрипом и сипом, непослушным горлом попыталась она что-то ответить. Но я, кажется, и сам уже понял ответ на свой вопрос: Княжна была совершенно обнаженной. Одна. В комнате мужчины. В его кровати.
Видимо, она решила попытать счастья, не смотря на мой недвусмысленный отказ. Вдруг да получится… провести ночь с Бессмертным. Вдруг да получится забеременеть…
Я рыкнул. Потом вздохнул. Потом отпустил волосы Княжны и убрал от ее кожи нож. Потом молча оделся и вышел из комнаты.
Встретились мы лишь через двадцать минут за общим столом в Тронном Зале. Ели молча. Что-то говорить не видел смысла я, и не решалась она.
Но внезапно в помещении появилось какое-то непонятное напряжение. Причем не межличностное, а словно бы напряжение самой ткани мира.
И почувствовал его не я один. Княжна вскочила со стула и беспокойно заозералась. Повскакивали со своих мест Рыцари, хватаясь за оружие.
— Пробой! — воскликнул один из них, озвучивая наконец, общую догадку.
Княжна испуганно схватилась за свой ошейник. Стала еще более напуганной. Сорвала его с себя и уставилась на абсолютно мертвый, однотонно черный без малейших следов белой мути камень.
Глядя на перепуганное лицо демонессы, я испытал слабый укол вины, догадываясь, что именно «убило» камень. Точнее кто.
Я.
Утром в моей постели она была обнажена не полностью. На ней был этот самый ошейник с камнем. И именно на него пришлась моя хватка. А дальше мой антимагический иммунитет и разрушил магию камня, сделав его бесполезным украшением.
А это значит, что Пробой открывает тот самый ее «жених» с дурацким для моего слуха именем. И на «той» стороне он сам, плюс его армия вторжения.
Как раз к тому моменту, как это все до меня окончательно дошло, ближняя стена пошла красными дымными трещенами. А после и вовсе «разорвалась», словно ткань, обнажая за собой пышущую жаром красную равнину.