- Ты заплатишь за содеянное, грязный маньяк, - прошипела женщина. – Сдвиг. Погружение в Сад смерти.
- Каин! – в туалет ворвалась троица, а святая на ходу ударила призрачным распятием в грудь незнакомки.
Эфемерный крест отбросил ее к стене, где женщину немедленно опутали побеги растения, вырвав из ее глотки мучительный крик. Плющ ярко заискрился, а темнота еще больше сгустилась. Она стекла с верха дверного проема, словно густая смола, полностью запечатав выход.
Глаза Искривленыша светились мягким фиолетовым светом, а их центре вращался спиралевидный зрачок. Девушку затрясло, между ее губ выступила пузырящаяся пена, как в эпилептическом припадке.
Затем нас швырнуло на несколько уровней вниз, протащив на пятый уровней. От такого резкого перехода нервная система ошалела и выдала поток острой боли и свистопляску цветных кругов перед глазами.
- Пятый уровень, - спокойно сказала святая, вызвав раздраженное шипение у остальных. - От него всегда такое ощущение, словно тебя запихнулив пыльный мешок.
Все вокруг погружено в чернильный мрак, настолько плотный, что не увидишь руки поднесенной прямо к глазам. Пятый уровень пребывал в полной темноте, единственным источником света являлись приманки чудовищ, бродивших во тьме. Как и шестой он был практически не исследован, ввиду большой опасности пребывания здесь.
- У тебя глаза светятся, - прозвучал голос Льва. – Очень красиво светятся.
Диана ойкнула и фиолетовое свечение несколько раз моргнуло, чтобы затем разгореться еще ярче. Ее глаза светились будто фонарики, выдавая сноп света прорезающие темноту на несколько метров.
- Поднимаемся наверх, - сказал Мирослава. – Сдвиг. Бытие.
Я подозревал, что просто так уйти у нас не получится, не зря же заклинание называлось Погружение в сад смерти.
Темнота начала растекаться, испуганная сотней крохотных огоньков, собравшихся около льва. Они растекались во все стороны, освещая странное место, куда мы попали. Вокруг простиралась роща окаменевших деревьев, переплетших толстые ветви, чтобы образовать своеобразный лабиринт. Под ногами мягкая серая пыль, видимо отслаивающаяся от затвердевшей древесины.
- Жуткое местечко, - поежилась искривленная. – Кажется, будто за тобой кто-то наблюдает.
- Кстати, куда подевалась женщина, что напала на меня? – я наконец поднялся с земли. – Чего вы так пялитесь?
Я только заметил, что пребывал в одном белье, настолько комфортна была температура на пятом уровне. Штаны валялись неподалеку, причем порванные. Громкий протяжный звук, напоминающий стократно усиленный гудок поезда, смешанный с криком огромного динозавра. Лев мгновенно погасил огоньки, оставив лишь крохотную свечку, парящую возле лица.
- На пятом уровне можно встретить гигантов, - почти шепотом сказала святая. – Не знаю, где та чокнутая, но нам нужно найти место, где мы сможем вернуться.
- Держись за мной, - Лев встал перед Дианой, хотя было заметно, что парень немного струхнул после того жуткого воя.
Мне тоже хотелось поскорее оказаться на пару уровней повыше, где не кричат исполинские монстры, заставляя леденеть кровь в жилах. На ближайшем дереве я заметил смазанный кровавый отпечаток ладони, быстро впитываемый потрескавшейся корой. Отпечаток высыхал на глазах, что намекало на хищническую природу этого места.
- Предлагаю пойти назад, - предложила Мирослава и все пошли за ней.
Спустя минуту проход в каменном лабиринте начал петлять и сужаться, пока не окончился тупиком. Мне казалось, что в щелях между плотным строем деревьев мелькают человеческие фигуры, а почти неуловимые шорохи давили на голову, как белый шум.
- Давайте говорить или я с ума сойду. – попросила Диана, откровенно испуганно оглядываясь по сторонам. – Почему на тебя напали?
- Без понятия, - я пожал плечами. – Но вот ее магия мне показалась очень знакомой.
- Ветровы, - подтвердил мою догадку лысый. – Сестры давно на тебя зуб точили, но чтобы послать семейного убийцу? За такое можно титула лишиться.
- В крайнем случае выплатят пару тысяч золота, - отрицательно покачала головой святая. – Тихо!
Диана бросилась ко мне, вцепившись руками в плечо. Яркие глаза искривленной слепили, поэтому я положил ладонь ей на лицо, закрывая свет. В замершей тишине мы услышали, как прежние шорохи сменились отчетливым топаньем, смыкающимся вокруг нас.
- Их много, - прикрыла глаза Мирослава, вслушиваясь в окружение. – Для людей слишком тяжелый шаг.