- Мы уходим, - я посмотрел на воинов церкви, сосредоточив взгляд так, чтобы глаз засветился ярче.
- Нет, святой, мы никого не выпустим, - покачал головой Демид.
Страшный рев потряс академию, и задняя стена зала обрушилась, застилая все пылью. Церковники рванули к пролому, где ворочался огромный, хищный силуэт.
Мы побежали к выходу из академии. Лев зажег множество огненных аров, летающих вокруг нас, словно рой рассерженных плеч. Темнота лишь немного отступила, отдаленные же огнешары гасли до едва заметного тления.
- Стойте, - я остановил товарищей, заметив быстро приближающийся силуэт.
Лысый призвал Мобильную защиту, а толстячок сжал в руке дергающийся голубоватый шар, пытающийся выскользнуть из его хватки.
- Это заместитель, - каким-то образом я распознал фигуру Марьяны.
Заместитель молча прошла мимо нас, таща что-то массивное на веревке. Затем в круг света попали три пары ног, связанные вместе – она волокла мертвецов из лазарета. Прошуршав своей ношей, Марьяна вновь скрылась в темноте.
- Держись, - я протянул руку Льву. – Давай быстрее! А ты Серж, возьмись за него.
Я перехватил неуверенно тянущуюся ладонь Устьина, подождал Сержа, схватившегося за пиджак парня, и побежал. Огненные шары не успевали за нами, отставая на пару шагов, но так было даже лучше. Главное не открывать глаз святого, чтобы не ослепить себя.
Они где-то рядом. Я видел, как в плотной темноте, за границами зрения, перемещаются порождения. Большие, маленькие, длинные и похожие на плоские блины, они постоянно колебались и перетекали, не имея четкой формы, скорее намек на зыбкий контур.
В этих очертаниях не было враждебности, хотя они ощущались тревожно, словно дикий зверь, запертый в крепкой клетке.
- Диана, - закричал я и не тратя времени, в с ноги выбил дверь. – Диана, ты где!?
- Пламя! – закричал Лев.
Всю хижину заполнили крохотные сияющие сферы, освещая каждый уголок и трещинку. Девушки в комнате не было. На кровати расцвело длинное кровавое пятно, украшенное мелкими брызгами крови. Я надавил пальцем на ткань и поднес его на свет – свежая кровь ярко блестела.
- Это чья? – дрожащим голосом сбросил Лев.
- Откуда мне знать? – я поднял черные ножны, обтянутые бархатом.
«Розачка» - неровная надпись была выцарапана на шикарных ножнах, словно глупый ребенок учился на них письму. Холодные. Я аккуратно положил их на место, продолжив осматривать комнату.
- Блау Штерн! – выкрикнул Серж, наконец выпустив голубой попрыгунчик из ладони.
Синий шарик мгновенно вспух до невероятных размеров и вылетел наружу, устремившись по прямой. Летел он прямиком сквозь доски и окно, попросту испарив их, и оставив круглую дыру в стене моего единственного жилища/
- Погоди, - я придавил руку Льва, собравшего обрушить град огненных шаров на остатки дома.
Гибкий, черный силуэт скользнул в дверной проем. Его очертания будто ускользали от глаза, превращая вошедшего в туман или робкий утренний морок. Вздохнув, я открыл глаз святого, хотя узнал пришедшего.
Тотчас неясная фигура обрела полноту и глубину, превратившись в дампиршу, закутанную в черный плащ. Она замотала голой и скинула капюшон, а затем подошла ко мне и потерлась намордником о плечо.
- Снять? – я вопросительно поднял бровь.
- Если что, то застежка на затылке, там просто, как ремень снять, - сказал Серж. – Не надо спрашивать, откуда мне это известно.
Я нащупал язычок и вытащил его из дырки ремня. Дампир еще сильнее замычала, и я стянул намордник, обнаружив черный шар, скрывающийся во рту девушки. Подобное устройство не даст произнести внятных звуков, обезоруживая мага.
- Ты сама не могла снять? Там какое-то заклинание? – поинтересовался я.
- Да не, руки были заняты, - ответила дампир, распахивая плащ.
Ее белоснежные ладони, покрытые пятнами розовой жижи, сжимали головы доппелей, уже начавшие отекать в бесформенное месиво. Насвистывая, она подошла к кровати и ткнулась головой в одеяло, прямо в центр кровавого следа. Губы Нины вобрали складку ткани, высасывая остатки красной жидкости.
- Ты что творишь? - спохватившийся Лев попытался оттащить дампира от кровати, но девушка лягнула его.
Судя по скорчившемуся на земле юноше, она попала в самое ценное для мужчины место. Не уверен, что оттаскивать изголодавшего вампира от крови будет решением совместимым с жизнью.
- Нинель, ты можешь описать того, чья пролилась кровь? – спросил я.
- Молодая девушка, кровь такая сладкая, - прочавкала Стукова с головой зарывшаяся в одеяло.
- А ты можешь найти ее? – с надеждой задал я вопрос.