- Точно! – дампир буквально подскочила до потолка. – Найду ее и выпью.
Похоже, что от крови у нее малость поехала голова, а если судить по вращающимся в разные стороны глазам, то и не малость, а очень так хорошо. Дампир в два прыжка оказалась у двери и выскочила в темноту. Лев не растерялся и рванул за девушкой, мы с толстячком чуть отстали, столкнувшись в проеме.
Далеко бежать не пришлось – в черной глубине леса раздался девичий крик, спустя секунду заглушенный громким рычанием. Быстро догнав Льва, я использовал теневой шаг, поравнявшись с бегущей на четырех конечностях девушкой. Она бежала как ночной хищник, стремительно, почти не издавая шума.
В десятке метров от нас зажегся холодный мельтешащий свет, будто кто-то махал светящимся мечом. Рычание усилилось, но и свет нарастал, немного развеяв тьму. Я различил фигурку Искривленыша, сжимающую в руках клинок, излучающий холодное сияние.
Над девушкой нависло порождение – очень тонкое тело, не толще трех сложенных вместе карандашей, и множество длинных изломанных рук-копий, поочередно обрушиваемых на Диану. Над нашими головами прогудела россыпь огненных шаров, за ними вслед промчалась синяя вспышка.
Порождение развернулось к нам, показывая истинный облик – голова существа была похожа на плоский овал, почти неразличимый при взгляде сбоку. Если глядеть прямо, то выглядит отталкивающе, словно раскрывшийся капюшон змеи. Пылающие сферы погасли, ударившись об морду порождения, равнодушно отвернувшегося от нас.
Искривленыш наотмашь рубанула мечом по туловищу отвлекшегося чудовища, но клинок отскочил с металлическим лязгом. Острая черная конечность порождение мелькнула, рассекая щеку девушки. Я заметил, что на светлой блузке Дианы чернеет пятно крови.
Сразу три синих вспышки впились в капюшон твари, на мгновение, высветив зубастую трещину пасти, возле который собирался в сферу еще более темный по цвету вихрь. Два Теневых рывка, и я оказываясь подле Дианы. Подхватываю ее и прыгаю в сторону. Нас нагнал низкий вибрирующий звук – черный луч рассек землю и пошел дальше, играючи срезая деревья.
Надолго чудовища не хватило – пасть захлопнулась, уступая место рукам, вспарывающим землю около нас. Черное лезвие летело прямо в голову, но я успел откатиться, толкнув девушку вбок. Острие мчится к груди Дианы, но ледяной клинок мелко дрожит и срывается с земли, послушный движения ее рук. Мерзлое лезвие отводит удар в последний момент, но следом уже мчатся новые копья.
Кончик огненного меча выходит из середины морды порождения, а затем идет вверх, разрезая его на две части. Лев, в облике Огненного рыцаря, обрушивает удар ногой на туловище твари, но тонкий остов выдерживает удар. Пылающий кулак сжимается на тонких руках твари, дергая ее на себя. Тварь упирается ломаными отростками в землю, издавая недовольные вибрирующие звуки.
С неба обрушиваются яркие лазурные вспышки, падая на порождение, оплавляя его тонкие лапы. Частота вспышек нарастала, пока не превратилась в стробоскоп, прижимая тварь к земле. Лев вытащил клинок и несколько раз опустил его на порождение, но лезвие меча не смогло даже наполовину перерубить кажущейся тонкой и хрупкой конечность.
- Ты как? – я поставил Искривленыша на ноги. – Сильно задело?
Ледяной меч внезапно дергается и змеей скользит к моей руке, лежащей на плече девушки. Я отвожу ладонь, разминувшись с лезвием, напоследок ожегшим дыханием холода. Отчего-то ледяной клинок напомнил мне злобную псину, прыгающего на любого, кто подойдет к хозяйке.
- Розочка? – я сделал манящее движение кистью.
- Ты дурак!?- кричит девушка.
Она с трудом удерживает меч, нацелившийся мне точно в горло. Понятно, мерзкая вещица, как и тот наушник. Простое ли совпадение, что у и Дианы оказалась вторая вещь, в которой заперта человеческая душа? Конечно нет, прекрасно понятно, откуда растут ноги у проклятых побрякушек.
Горячий воздух обдал лицо, вновь привлекая внимание к битве. Порождение корчилось на земле, одновременно атакуемое двумя парнями. Трехметровый огненный исполин светился уже не так ярко, по светлым доспехам расползались багровые трещины, а толстячок не успевал вытирать пот со лба.
Тонкая лапа чиркнула по бедру Льва, оставив неровный, исходящий черным дымом разрез. Спустя секунду из раны вырвался первый язычок черного огня, охвативший всего рыцаря. За мгновение сожрав рыцаря, огонь с хлопком исчез. Лев упал с полуметровой высоты, неловко приземлившись на левую ногу.
Сразу три руки-копья поднялись над ним, словно черные жнецы, и опустились вниз.