Кто-то прошел через книгу, и мы все разом обернулись, чтобы посмотреть, кто это.
— Бастьен. — Мой голос звучал грубо и сухо.
Он поспешил ко мне и схватил меня за руки.
— Я так волновался.
— Я вижу, что омрачило твой разум, — сказал дядя Филип, переводя взгляд с Арика на Бастьена и меня. — Это потому, что ты потерял ее.
Бастьен посмотрел на меня сверху вниз, и его лицо исказилось от беспокойства.
— Кто это с тобой сделал?
— Я в порядке, — сказала я, но мой взгляд инстинктивно обратился к Арику.
Бастьен заметил это… его глаза сузились и пронзительно следили за моими. Он отпустил меня и бросился на Арика, прижимая его к земле, ударяя кулаком в бок и лицо.
— И как ты себя чувствуешь? О чем ты думал, арестовывая ее? Ты такой же злой, как и остальные… Совет… Конемар.
— Оставь его в покое, — крикнула Эмили. — Ты делаешь ему больно! — Она схватила Бастьена за руку, и он вырвался. — Кто-нибудь, остановите его.
Арик не сопротивлялся. Он просто лежал, позволяя гневу Бастьена наказать его. Выражение его лица говорило само за себя — ему было стыдно.
Я отшатнулась от Ярана, схватила Бастьена за руку, прежде чем та снова опустилась на лицо Арика.
— Пожалуйста, перестань. Он не сопротивляется тебе.
Приготовившись ударить кулаком, Бастьен остановился, глядя мне в глаза.
— С него довольно, — тихо сказала я.
Бастьен опустил руку, встал и провел ладонями по штанинам.
Его гнев испугал меня. Это было жестокое нападение. Я никогда не видела, чтобы Бастьен так терял контроль.
— Как ты здесь оказался? — спросил Яран.
— Арик послал сообщение через верных мне гвардейцев Куве, — сказал Бастьен.
Эмили опустилась рядом с Ариком, ее руки потянулись к его лицу, но он схватил их, останавливая. С ее губ сорвался вскрик.
— Я в порядке, — пробормотал Арик, чувствуя, как из правой ноздри сочится кровь. — Бывало и хуже.
Она помогла ему подняться на ноги.
— Я была в Асиле, — сказала она. — Людям там промыли мозги тем, что им скармливают. Я почти начала верить в их ложь. Лея и Яран, вы тоже это видели. Вы просто не пробыли там достаточно долго, чтобы почувствовать притяжение.
— Мы закончили здесь, — сказала Лея командным голосом. — Мы с Ариком обсудим его роль в нашей группе, как только вернемся в Бармхильду.
Новая роль Леи как нашего лидера подходила ей. Она была тверда, но на ее лице было написано сочувствие к Арику.
Я опустила голову, мои чувства и мысли разбрелись. Все воспринималось медленно. Раны горели, было трудно сосредоточиться. Я просто хотела прилечь, и мне не терпелось вернуться в лагерь.
***
Вода озера холодила ноги, когда я шла по мелководью, наблюдая, как дети Мистиков из Бармильды прыгают в воду. Их матери собирали тягучую растительную жизнь, похожую на морские водоросли, из-под воды и вокруг скал. Один из детей назвал его бимкордом и сказал, что они использовали его для веревок, потому что он был почти неразрушим.
Солнце грело кожу, и я подняла лицо к небу, чтобы насладиться теплом. Странной формы птицы с длинными крыльями и толстыми телами синхронно летали в пурпурно-голубом небе.
Ройстон спустился с холма, направляясь в мою сторону, похожий мощными мускулами на Бога. У него была плохая привычка — или хорошая, в зависимости от того, как на это смотреть — ходить без рубашки в теплые дни. Солнце осветило золотистые блики в его светло-каштановых волосах.
Я почти не видела Дейдру с тех пор, как Яран и Лея привезли ее из Асила. Большую часть времени она проводила с Карригом, помогая ему прийти в себя. Она тяжело перенесла смерть Шинед и несколько дней ничего не ела. Ройстон потащил ее за собой, заставляя съесть принесенные тарелки с едой.
В небе Кэдби метался между стаями птиц, охраняя Ройстона. Он напоминал желтую летучую мышь, парящую в небе взад и вперед.
Когда Ройстон подошел ко мне, его ноги шлепали по мелководью.
— Ты хорошо выглядишь.
Я набрала немного воды.
— Я чувствую себя лучше.
— Ты получила корону от Кэдби?
Он отдал ее, потому что Кэдби всегда выполнял его приказы.
Я похлопала себя по боку.
— Она надежно спрятана.
— Я готов. — Он сцепил руки за спиной.
— Готов?
Он повернулся ко мне.
— Ты совсем размякла. Боишься.
— Это не так. — Совершенно верно. Образы меня, прикованной к стулу без всякого контроля над тем, что эти охранники делали со мной, преследовали меня во сне. Но я не могла продолжать игнорировать то, что должна была сделать, даже если это пугало меня.