— У меня есть идея. Но Галач не сможет прыгать вместе с нами. Ему придется вернуться в Тирманн.
Галач расправил плечи.
— Нет. Я не оставлю ее.
Брайони нежно положила руку на щеку Галача.
— Мне будет хорошо с фейри, они мой народ. Ты должен защитить наше убежище. Но будь осторожен. Мое сердце не переживет твоей потери.
Он на мгновение коснулся ее руки, затем отступил на шаг и поклонился.
— Ваш приказ будет моим желанием. Я подожду, пока вы уйдете, а потом вернусь в Тирманн.
Между ними была любовь-морковь? Это определенно выглядело так.
— Я сейчас вернусь, — сказала я и направилась к двери.
— Куда это ты собралась? — спросила Этна.
— Мне нужно уединиться, — бросила я через плечо и вышла.
Стоя в коридоре, ведущем к широкой лестнице, я приподняла рубашку и приложила указательный палец правой руки к боку. Чиаве сделает владельца невидимым во вратах.
Мои пальцы замерли над клеймом. Я должна была спрятать его, но я должна была доставить Брайони в безопасное место. Ее прыжок будет зарегистрирован, и без него она может быть поймана. Дядя Филип, Акуа и Брайони были единственными членами Совета, которые не были коррумпированы.
Мы нуждались в них. Они были нужны убежищам и ковенам.
— Reditum, — я произнесла заклинание, чтобы освободить Чиаве, мои мысли были только о короне. Чиаве сорвался с моего бока, и я упала на колени от боли, стиснув зубы. Корона выросла до своих настоящих размеров и поплыла передо мной. Я схватила ее и бросилась к остальным.
Брайони и Галач стояли рядом, понизив голоса. По его лицу я поняла, что ему не понравилось то, что она говорила.
Этна подлетела ко мне и села на плечо.
— Любовная ссора, — прошептала она. — Ты думала, что запретная любовь вредна для тебя и Арика… — она замолчала, ее глаза расширились. — Прости. Но ты понимаешь, что я имею в виду. Для них это еще хуже. Она — правитель, он — стражник… никогда эти двое не смешаются.
— Не понимаю, в чем проблема. — Я нахмурилась, глядя на них. — Ну и что, если правитель и стражник любят друг друга? Это просто их работа, а не то, кто они есть. Все должны быть равны.
— Скажи это кучке упрямых чародеев, уткнувшихся носом в книги законов. — Она перевела взгляд на корону. — А это еще зачем?
— Это защитит ее прыжок, — сказала я.
Она соскочила с моего плеча.
— Что ж, давайте убираться отсюда, пока нас не обнаружили.
Я последовала за ней. Когда мы приблизились к Брайони и Галачу, они попятились друг от друга.
Я протянула корону Брайони.
— Мы готовы идти. Тебе придется надеть это, но не надевай, пока мы не будем готовы к прыжку. А теперь мы с Этной отвернемся, а вы двое поцелуетесь на прощание. — Брайони открыла рот, чтобы возразить, но я подняла руку, чтобы остановить ее. — Посмотри на него. Никто не знает, когда тебе снова представится такая возможность.
Этна коснулась моего плеча, и я обернулась.
— Твоя бабушка будет рада тебя видеть, — сказала она, явно ведя светскую беседу.
Я отдала бы все на свете, чтобы увидеть бабушку, но не могла. Слишком многое было поставлено на карту, чтобы я могла остановиться сейчас.
— Я не пойду с тобой, — прошептала я. — Бастьен ждет меня в Мантелло. Мне просто нужно выяснить, как пройти мимо охранников в библиотеке.
— Я могу тебе помочь. Прыгай в Мантелло. Книжные фейри встретят. Пока мы будем отвлекать внимание, ты сможешь проскользнуть мимо охранников. Просто. — Она слегка подпрыгнула и ударила меня по шее, заставив вздрогнуть. — О, извини. Я немного разволновалась. Это будет так весело.
— Да, весело, — пробормотала я.
Должно быть, поцелуй был долгим, потому что показалось, что прошло несколько минут, прежде чем Брайони сказала:
— Ну, мы готовы.
Книга врат была спрятана, так что мне пришлось вызвать ее снова. Я перелистнула к фотографии Центральной библиотеки в Эдинбурге, Шотландия, и взглянула на Брайони.
— Ладно. Готова?
Она перевела взгляд на Галача, и он ободряюще кивнул ей в ответ.
— Да, — ответила она.
— Надень корону.
Она надела ее, и я схватила ее за руку.
— Aprire la porta, — сказала я и прыгнула вместе с ней в книгу.
Когда мы прибыли в Эдинбургскую библиотеку, Этна открыла всплывающую книгу «Таинственный сад».
Брайони повернулась ко мне, ее глаза блестели.
— Однажды, когда наступит мир, мы встретимся снова. Будь сильной, Джианна Бьянки МакКейб.
— Обязательно, — сказала я. — И увидимся вновь.
— Если я тебе понадоблюсь, — сказала Этна, — ты знаешь, как меня найти.
— Знаю. Теперь иди.