– Да, да. Я помню. Закрытый мир. К чему ты ведёшь разговор?
Николас подошёл, присел напротив, а потом очень внимательно посмотрел мне в глаза. Не будь он тем, кем является, подумала бы даже, с сочувствием.
– То, что Эрик погиб, планируя убить тебя, однозначно подтверждает мои слова о крови Королевы. Даже если допустить, что пробуя тебя на вкус, ошибся. Либо, если предположить кого-то другого из правящего рода. Сестры, племянницы и так далее. Соответственно, у нас есть веские основание считать, именно она и была твоей матерью.
Я хихикнула, ожидая, что вампир поддержит мою реакцию и тоже посмеётся. Смешно же оказаться в сказке. Страшной, но тем не менее. Однако, он оставался серьезным.
– Господи, за сутки я узнала такую дичь, от которой просто можно сойти с ума. Ты не шутишь? Ты реально так думаешь? Реально считаешь, что сама Королева и есть моя мать?
– Да. Считаю. Более того, это - причина заказа Совета.
Я закрыла лицо ладонями, пытаясь собрать мысли в кучу, но они упорно разбегались в разные стороны, будто тараканы из-под тапка злого хозяина.
– Ник... Это же бред! Бред! Ну, ладно, хрен с ним, ухитрился отец связаться с существом из другой вселенной. Ладно. Хорошо. С этой мыслью я вроде смирилась. Хотя бы более менее понятно, почему она ушла. Может, боялась, за нас. Допускаю. Но Королева? Это уже слишком. И потом, я - человек! На кой черт тащить меня Совету? Толку никакого.
– Ты не человек. Ты - полукровка.
Николас встал, отошёл назад , а потом, в одну секунду метнул в меня шишку. Прилетела она прямо в лоб. Причем, между прочим, весьма больно. Да и метод, использованный вампиром, мягко говоря, поражал. Он не взял ее в руку, чтоб кинуть. Он сделал это на расстоянии. Предмет сам рванул с земли, о потом долбанул мне промеж глаз.
– Офонарел?! Больно!
– Почему ты не среагировала? – Николас склонил голову к плечу, рассматривая меня внимательным взглядом. Экспериментатор хренов.
– На что? Ты кидаешься предметами, не касаясь их. Это было неожиданно и быстро.
– Понял.
Не знаю, что он там понял, но в ту же секунду другая шишка ровно точно так же ударила меня по лбу. Если вампир продолжит свои научные изыскания, конечным итогом которых, судя по всему, является выявление каких-либо способностей, то просто дело закончится моей разбитой головой.
– Хватит! Я, в отличие от некоторых, испытываю боль!
– Не сомневаюсь. – Только он договорил фразу, третий снаряд припечатался на том же месте.
– Да блин! – Вскочила на ноги, сжимая кулаки. – Не понятно говорю?!
– Хм... Наверное ты просто не считаешь это угрозой. Хорошо.
Николас повернул голову, а потом очень внимательно посмотрел на лежащий рядом с ним камень.
– Эй, не вздумай! Тебе запрещено калечить добычу. А в булыжнике несколько десятков килограмм. Он выглядит неподъемным.
Однако, все мои возражения против садистских методов оказались бессмысленными, и в следующую минуту здоровенная каменюка уже летела в меня с достаточно впечатляющей скоростью. Настолько быстро, я успела лишь заметить как ее подняло и швырнуло. То, что вампир решился на подобные действия поразило меня до глубины души. Либо Николас слишком верит в мои несуществующие силы, либо задумал все же угробить.
До соприкосновения камня с головой оставалось буквально несколько сантиметров. Я зажмурилась и мысленно попрощалась с жизнью. Могла ли уклониться? Наверное. Если бы не скорость. Вампир реально бросал предметы не касаясь их, но с силой, будто из пушки пальнули.
Однако, смертоубийства не произошло. Раздался треск, грохот и осколки снаряда разлетелись в стороны, не задев меня. Я приоткрыла один глаз. Передо мной замер Николас. Судя по всему, в последнюю минуту он все же перестраховался и закрыл телом драгоценную добычу.
– Почему ты ничего не делаешь?
Он был даже немного злой. Умрёшь. Будто я специально. Могу, но не хочу. При этом, находился красавец слишком близко, и мой организм уже привычно встал на дыбы. Ну, почему это происходит? Да, он несомненно привлекательный. Можно даже сказать, красивый. В нем чувствуется сила. Мощь. Мужское начало. Но я никогда не отличалась столь бурными реакциями на понравившегося парня. Все понимаю. Он крутой. И все же, как-то это ненормально.