На лице его играла довольная улыбка.
Человек видел, как из здания участка с криком выбежали мальчишки. Его улыбка расплылась еще шире — отправленное им письмо приносит плоды. Машина пришла в движение. Он с удовольствием наблюдал за результатами. В нем росло странное пульсирующее возбуждение. Интересно, поймают ли они его?
«Нет, им меня ни за что не поймать! — думал он. — Хотя, возможно…»
Человеком владели противоречивые чувства. Он пытался отделаться от назойливых мыслей, но в то же время его воображение рисовало сцены отчаянной погони, перестрелки, схватки и — кульминацию всего — тщательно спланированное убийство. Сегодня вечером он совершит убийство. Да. Пути назад нет. Вот именно. Он должен убить; все решено. Он понимает: другого выхода у него нет, вот именно, нет. Сегодня он убьет. Им его не остановить… хотя, может, у них и получится. Нет, куда им! У них кишка тонка его остановить!
Он перевел окуляры вниз, на каменные ступени.
Навел бинокль на лицо человека. Ясное дело, детектив. Наверное, его тоже привлекли к расследованию. А толчком послужило его письмо! Человек с биноклем еще шире расплылся в улыбке.
У детектива рыжие волосы. В лучах солнца они горят, как медная проволока. Над виском белая прядь. Человек внимательно наблюдал. Сыщик сел в машину — несомненно, это полицейская машина, только без опознавательных знаков. Машина тут же тронулась от тротуара.
Они спешат, подумал человек. Он отнял от глаз бинокль и бросил взгляд на наручные часы.
11:35.
«Не так-то много у них времени. Точнее, у них почти не осталось времени, чтобы меня остановить».
Книжный магазин на территории 87-го участка казался чужеродным телом. Едва ли можно рассчитывать найти книжный магазин в таком квартале. В подобных районах все чтиво обычно бывает сосредоточено на полках аптек и супермаркетов. Что читают обитатели дешевых кварталов? Ужастики типа «Исповедь палача», полупорнографические любовные романы да вестерны из серии «Моя верная шестизарядка».
Магазин назывался просто: «Книги». Он притулился на задворках, между двумя зданиями, в подвальчике. Чтобы попасть туда, нужно было пройти в железные ворота и спуститься на пять ступенек вниз. Посетитель оказывался перед зеркальной витриной, в которой были выставлены книги. На стекле была прилеплена бумажка с надписью: «Мы продаем книги на испанском языке». Другая надпись — на испанском — извещала покупателей о том, что продавцы магазина говорят на этом языке.
В правом углу витрины золочеными буквами было выведено имя владелицы: Кристина Максвелл.
Хоуз спустился на пять ступенек вниз и толкнул дверь. Звякнул колокольчик. Вид книжного магазина задел какую-то забытую струнку в его душе. Словно он уже когда-то бывал здесь, видел пыльные полки и шкафы, вдыхал запах книжных переплетов, сокровенный аромат хранилища знаний. Может, он забредал в такой магазинчик в какой-нибудь дождливый день, гуляя по задворкам центрального квартала? Или в памяти вдруг всплыла книжная лавка «Парнас на колесах»? Книги фирмы «Морли» он помнил с юности и пожалел, что сейчас у него нет времени в них порыться. Магазинчик словно излучал теплоту и дружелюбие, и ему хотелось пропитаться этими приятными чувствами, впитать их, как губка, до самых костей. Жаль, что у него срочное дело. В такое место хочется приходить за сведениями, которые не имеют ничего общего с насильственной смертью.
— Что вам угодно? — произнес женский голос.
Хоуз очнулся от своих мечтаний. Мягкий голос полностью соответствовал атмосфере магазина. Он обернулся.
Перед полками с книгами в коричневых суперобложках стояла девушка, и от нее исходило почти неземное сияние. На фоне пыльных коричневых томов она казалась особенно хрупкой и нежной. Светлые волосы, нежный пушок, окаймляющий юный овал лица, большие голубые глаза — такие нежно-голубые, как утреннее небо, как сирень. Полные, нежные, сочные, немного обветренные губы, готовые улыбнуться. Но так как девушка все же была из плоти и крови, а на дворе стоял жаркий июльский день, над ее верхней губой блестела тонкая пленочка испарины. А поскольку эта девушка, стоящая перед Хоузом, не являлась воспоминанием, не вынырнула из сна и не казалась девой из легендарного Камелота, он влюбился в нее с первого взгляда.
— Здравствуйте, — произнес детектив немного удивленно, однако не насмешливо и не нараспев. Он не пытался умничать, не стал надевать маску. Его приветствие было похоже на изумленный шепот.