Густо покраснев от осознания того, что ей с такой легкостью удалось «поймать его на месте преступления», Майкл направился в сторону кофейни.
«Мелоди, Мелоди, Мелоди... Сколько еще ты будешь преследовать меня?» — пронеслось в голове, когда он подошел к столику, за которым сидела Анжелика.
Несмотря на свой возраст, женщина выглядела просто неотразимо. Одетая в элегантный светло-серый брючной костюм, в сочетании с белоснежной блузкой из тончайшей ткани, Анжелика походила на настоящую аристократку. Волосы, аккуратно уложены, на лице профессиональный макияж, подчёркивающий глубокие, мудрые глаза женщины и лёгкая улыбка на губах. Разве можно её не любить?
Распахнув объятия, Майкл прижал хрупкую леди к своей груди и, обменявшись с ней парой поцелуев, помог ей снова сесть за стол.
— Как ты себя чувствуешь? Как прошел перелёт? — спросил мужчина, накрыв её маленькие руки своими.
— Просто замечательно! — ответила она в своей обычной жизнерадостной манере. — Немного утомилась, но это пустяки. Стюардессы попались очень доброжелательные и милые. Не отходили от меня ни на шаг, временами даже надоедали, — засмеялась Анжелика, жестом подозвав к себе официанта. — Что ты будешь, милый?
— Чёрный кофе пожалуйста, — попросил мужчина, чувствуя что после вчерашней попойки именно это ему жизненно необходимо. — Как дела в благотворительном фонде?
Анжелика летала в Сан-Франциско, чтобы проверить работу своей организации. После смерти мужа, а потом ещё и гибели сына, она решила полностью посвятить себя помощи нуждающимся. Её благотворительный фонд работал сразу в нескольких направлениях, оказывая помощь людям абсолютно разных статусов и категорий.
— Пришлось уволить директора, — отмахнулась она, густо нахмурившись. — Выяснилось, что этот недостойный человек подворовывал деньги, собранные для бездомных детей. Ты представляешь?! Я не понимаю, как можно быть настолько бессердечным? Этот человек даже не раскаялся, когда все его махинации всплыли на поверхность...
Пригубив немного горячего напитка, Майкл с трудом удержался от стона наслаждения. Чтобы он ещё раз позволил себе так напиться? Да ещё и в компании Саманты? Ни за что!
— Главное, что он уже понёс наказание за свои дела, — подвёл итог Майкл, не желая продолжать столь эмоциональную для Анжелики тему. — Не нужно тратить нервы на таких... людей. Мир, все равно, не может существовать без них. В этом я уже неоднократно убеждался...
— Мальчик мой, — грустно протянула женщина, сжав его руку в знак поддержки. — Не будь таким категоричным. Да, тебе пришлось столкнуться с предательством и коварством окружающих, но подумай, — она мягко улыбнулась. — Разве ты стал бы тем, кто ты есть, если бы не эти люди? Они научили тебя быть сильным и гордо преодолевать все испытания. Я уверена, что однажды, ты обязательно найдешь правду и получишь успокоение. Просто, надо немного подождать, научиться мириться со своей судьбой и не пытаться идти ей наперекор.
Майкл внимательно слушал свою крестную, пытаясь не думать о том, куда она клонит. Но сколько бы он ни старался сопротивляться своим истинным чувствам, разве можно победить самого себя? Мелоди стала для него наваждением, от которого невозможно избавиться. Каплей настоящего яда, который проникает в организм и медленно уничтожает его изнутри, подавляя своей силой и обретая власть над тобой.
Майкл изобразил на лице некое подобие улыбки и попросил принести им счёт.
— Завтра я устраиваю рождественский благотворительный ужин в одном из наших фондов, — начала Анжелика, когда они медленно шли в сторону парковки. — Мне потребуется твоя помощь там. Надеюсь, ты не занят?
Открыв багажник, мужчина убрал туда чемодан и поспешил помочь тёте сесть в машину.
— Да я весь к твоим услугам, — заверил он её, закрывая пассажирскую дверцу.
«Теперь, дело в твоих руках, Господи,» — подумала женщина счастливо улыбаясь собственным мыслям.
Писк вскипевшего чайника эхом раздался в пустой квартире.
Словно очнувшись от летаргического сна, Мелоди побрела на кухню, хватаясь за стены и предметы мебели, чтобы не потерять равновесие и не упасть.
Голова, по-прежнему, немного кружилась, а тело будто налилось свинцом и отказывалось подчиняться.
Выключив плиту, девушка, действуя на автомате, заварила себе кофе и устало присела за барную стойку.
В голове творилось нечто непонятное. Прошлое и настоящее слились в сплошную какофонию образов и звуков, которые буквально сводили с ума.
— За что? — прошептала она едва слышно, сухими, потрескавшимися губами. — Почему ты так меня ненавидишь?