Я сидел и размышлял о том, что теперь делать, когда мне позвонили из телефонной службы с сообщением от судьи Нэнси Маэстро. Не подъеду ли я в ближайшее время в город, «поболтать»?
Я перезвонил ей в кабинет. Женщина – помощник шерифа ответила:
– Она на заседании, сэр.
– Освободится в четыре тридцать, как обычно?
– Назовите, пожалуйста, еще раз ваше имя, сэр.
Я удовлетворил ее просьбу.
– Она на Коммонвелф, сэр, попробуйте обратиться туда.
В здании суда на пересечении Шестой и Коммонвелф идут обычно крупные корпоративные тяжбы. Неужели Нэнси уже получила свой вожделенный перевод на беловоротничковые процессы? Первый служащий, до которого я дозвонился, понятия не имел, кто такая судья Маэстро, и передавал меня по цепочке до тех пор, пока я не услышал наконец знакомый голос:
– Помощник шерифа Ниб.
Тот толстошеий служака, которого я встречал в суде по делам опеки.
Однако сегодня его голос звучал более человечно.
– Доктор, спасибо, что перезвонили. К сожалению, судья задерживается на заседании, так что в кабинет мы вернемся только завтра.
Надо же, какая неожиданная теплота… Может, и его заодно повысили?
– Я могу заглянуть в течение дня.
– Вам будет удобно в час?
– Конечно.
– Вот и хорошо, – сказал он. – Я передам судье.
На следующий день в двенадцать сорок пять пополудни я подъезжал к Гранд-стрит, когда мне на сотовый позвонила Нэнси.
– Хорошо, что дозвонилась. Слушайте, я задерживаюсь, застряла за ланчем в Маленьком Токио. Может, подъедете сюда? Перекусите заодно, если еще не ели, я угощаю.
– Предложение принято.
Она дала мне адрес «Оушн-Парадайз», на Первой улице – я там уже бывал. Второй этаж небольшого торгового центра, построенного во времена, когда Япония считалась серьезной финансовой угрозой. Приличные кафешки, сувенирные магазины, забитые всякой всячиной, классический суши-бар. Раньше я и сам время от времени заглядывал сюда, когда мне приходилось давать показания в суде.
За прошедшие с тех пор годы здание слегка увяло, на фасаде появились потеки от дождя, количество магазинов уменьшилось. Дыра зияла и на месте бывшего суши-бара. Однако во всем есть свои преимущества: зато теперь здесь дешево, а на парковке всегда есть свободные места, так что через десять минут я уже подходил к кабине Нэнси.
«Оушн-Парадайз» был небольшой, чрезмерно освещенной комнатой, где пахло морской водой и жареной рыбой. В аквариуме плавали темные штуковины, похожие на каракатиц. Нэнси пила «Перье» и палочками ковыряла в чашке рис, выложенный поверху зажаренными до хруста колесиками-паучками.
В ресторане почти не было посетителей, не считая трех пожилых азиаток и пары людей в форме цвета загара, расположившихся за центральным столом. Помощник шерифа Ниб, чьи очки с бронзовыми стеклами лежали сейчас у его правого локтя, сидел лицом к лицу с женщиной примерно одного возраста с ним. Худенькая, но широкогрудая, с седыми кудряшками и в очках без оправы, она жевала кусочек суши маки. Когда при виде меня женщина широко улыбнулась и помахала мне рукой, я сообразил, что она тоже служит в суде и я встречал ее раньше. Разговорчивая, она была приписана к суду по делам об опекунстве, где всегда старалась подбодрить всех, особенно в самых напряженных ситуациях. Как ее зовут, я так и не запомнил. Она продолжала улыбаться.
Я отклонился от своего маршрута.
Бейджик на ее форме гласил «У. Ниб». На рукаве были сержантские нашивки. Она сказала:
– Здрасте, док. Ну вот, теперь вы знаете всю нашу семейку. Как Хэнк, не грубил вам?
– О нет, он вел себя отлично.
– Я и не сомневалась. – Она расхохоталась.
Хэнк Ниб вяло улыбнулся.
– Здрасте, док, рад встрече. Как вы, появитесь у нас еще в ближайшее время?
– Пока не планирую.
– Повезло вам, а то у нас там прямо дурдом… Приятного аппетита.
Я сел напротив Нэнси.
– Знакомы с Виллой? – спросила она.
– Видел ее в суде.
– Они с Хэнком – настоящий пример для всех нас, женаты уже целую вечность.
– Бывает.
– А вы – в счастливом браке?
– Давно живу с одной женщиной.
– Но без бумажек, да? – сказала судья. – Что ж, такие теперь порядки… «Голубые» жаждут легитимности, остальные не знают, как от нее отделаться. Я-то сама не против официальных отношений, только вот все никак подходящего кандидата не найду с тех пор, как отшила своего первого, лузера.
Она кивнула на официантку и спросила:
– Меню?
– Необязательно, – ответил я, а когда женщина все же подошла к нашей кабине, заказал зеленый чай и немного сашими.