Постучала. Через освещенное окно увидела, как она выглянула в переднюю, затем после секундного замешательства приблизилась к входной двери. Прильнув к окошечку, она долго и сосредоточенно изучала меня.
На вид ей было лет пятьдесят. Лицо изможденное, болезненно желтое, шатенка, но вряд ли натуральная: слишком ровный, без оттенков цвет. Она носила пробор сбоку, пышная челка нависала над морщинистым лбом. Глаза ее цветом и размером походили на старые потускневшие одноцентовые монеты, а макияж утратил яркость и свежесть и требовал обновления. На ней была униформа, которую я уже видела раньше, но не могла вспомнить где: коричневые брюки и желто-коричневая блузка.
— Что вы хотите? — спросила она через стекло.
Усилив голос, чтобы шум дождя его не заглушал, я сказала:
— Мне нужен Билли. Он дома?
— Он не живет здесь, милая, но обещал сегодня заехать к 8 часам. А вы кто?
— Шарлин,— назвала я первое пришедшее в голову имя.— Вы его мама, да?
— Какая Шарлин?
— Один из его приятелей попросил проведать его, если я когда-нибудь окажусь в Санта-Терезе. Билли еще на работе?
Она странно на меня посмотрела, словно мысль, что ее сын может работать, никогда раньше не приходила ей в голову.
— Он ездит по стоянкам подержанных автомобилей. Ищет машину, имеющую мало-мальски приличный вид.
У нее было невероятно знакомое лицо, и вдруг я вспомнила, где я ее видела: она работала в супермаркете кассиром, где я время от времени делаю покупки. Мы как-то разговаривали с ней, и я упоминала о своей работе в качестве частного детектива. Я сделала шаг в сторону, чтобы свет фонаря не падал мне прямо в лицо, в надежде, что она меня не узнала. Подняла воротник, делая вид, что пытаюсь закрыть лицо от ветра. Миссис Кристофер, похоже, почувствовала что-то неладное:
— Зачем он вам понадобился?
Я проигнорировала вопрос, сделав вид, что не расслышала.
— С вашего разрешения я зайду еще раз. Передайте ему, что заходила Шарлин и что она хотела бы встретиться! — прокричала я.
— Хорошо, передам,— нерешительно ответила она. Помахав на прощание, я спустилась по ступенькам в темноту, чувствуя, что она подозрительно смотрит мне вслед. Скоро я, видимо, пропала из поля ее зрения, потому что она погасила свет над крыльцом.
Вернувшись к машине, я бухнулась на сидение и съежилась. Когда я встречусь с Билли, то признаюсь, кто я на самом деле и что мне от него нужно. А пока я считала преждевременным раскрывать свои карты. Я посмотрела на часы и глубже погрузилась в кресло, приготовившись к ожиданию. У меня было такое чувство, что предстоит долгая бессонная ночь.
ГЛАВА 8
Прошло четыре часа. Дождь прекратился. Становилось очевидным, что Билли не просто опаздывает, а скорее всего не приедет вообще. Может быть, он купил машину и сейчас гоняет на ней по пустынному шоссе где-нибудь за городом. Или по какой-то причине позвонил домой и решил не приехать, узнав о визите некой таинственной Шарлин. Я выпила из термоса весь кофе: мозг, получивший допинг от изрядной дозы кофеина, работал как никогда активно. Казалось, что он даже слегка потрескивал от бесчисленного количества рождавшихся идей. Иногда, чтобы убить время, я выкуриваю одну за другой целую пачку сигарет. На этот раз, чтобы не умереть со скуки, я включила радио. За это время я успела прослушать восемь выпусков новостей, сельскохозяйственное обозрение и часовой концерт латиноамериканских групп. Я подумала, что выучить испанский язык можно просто слушая эти выворачивающие душу мелодии. Я вспоминала Джона и других женатых мужиков, которых я знала. Уверена, что если я снова в кого-нибудь влюблюсь, лучше всего мое состояние сможет передать именно такая музыка. Хотя, что касается текста песен, то это тихий ужас: в них с большим чувством поется о глистах, паховой грыже. Берущие за душу мелодии — и такое содержание… Я чуть было не свихнулась от идиотских мыслей и поэтому ощутила огромное облегчение, увидев машину, остановившуюся на обочине напротив дома Кристоферов. Это был «Шевроле» 1967 года выпуска с временным регистрационным номером, прилепленным на лобовое стекло. Было слишком темно, чтобы хорошенько разглядеть водителя, но я с интересом наблюдала, как он поднялся на крыльцо и постучал.
Бетти Кристофер открыла дверь, и они скрылись внутри. Через мгновение в освещенном окне кухни мелькнули две тени. Я представила, как они сидят за кружкой пива и ведут задушевную беседу. Однако в следующий момент дверь распахнулась и мужчина вышел. Я пригнулась, так что мои глаза оказались на уровне нижней кромки стекла. Облака еще не рассеялись и по-прежнему закрывали луну, что было мне на руку. Мужчина пристально всматривался в стоявшие на обочине машины, медленно переводя взгляд с одной на другую. Я почувствовала, как учащенно забилось мое сердце, когда он спустился по ступенькам на землю и направился в мою сторону. На середине улицы он остановился и после недолгого раздумья пошел в направлении фургона, стоявшего через две машины от меня. Включив фонарик, открыл дверь со стороны водителя и заглянул внутрь. Я потеряла его из виду. Прошла минута. Я всматривалась в тени, пытаясь угадать, появится ли он с этой же стороны или же подкрадется сзади. Я услышала приглушенный хлопок — это он захлопнул дверцу фургона. Луч фонарика пробежал по соседним автомобилям, после чего уткнулся в стекло моей. Однако мощности ему не хватало, и свет был слишком слабый, чтобы разглядеть что-нибудь внутри. Он выключил фонарь. Постоял немного, глядя по сторонам. Наконец, видимо, решив, что все спокойно и повода для беспокойства нет, неторопливо пошел к дому. Когда он поднялся на крыльцо, дверь открылась и на пороге показалась Бетти Кристофер в наброшенном на плечи халате. Несколько минут они о чем-то говорили, затем Билли (судя по всему, это был именно он) сел в машину и уехал. Как только Бетти захлопнула дверь, я включила зажигание. Развернувшись, последовала за «Шевроле», надеясь, что спешный отъезд Билли не являлся изощренной уловкой с целью разоблачить меня.