— Ублюдки хороши, мистер Шарп, — заметил стрелок Годвин.
— Они отлично вымуштрованы, — пробормотал Шарп.
Ланье выдвинул свою линию к самому краю площади перед домом, и оттуда его солдаты методично вели плутонговый огонь по винограднику. Ответный огонь британских солдат был вялым и беспорядочным, что приводило Шарпа в ярость. Неужели там не осталось ни одного офицера, способного сообразить, что нужно делать?
— Где пруссаки?
— Все в том большом здании. — Годвин мотнул головой в сторону пакгауза. — За ними вошла рота жаб.
Это значило, что в пакгаузе пруссаки в относительной безопасности, но их заперла там рота обученной легкой пехоты, перекрывшая единственный выход.
Шарп эфесом палаша выбил торчащие из рамы осколки стекла и высунулся в ночь. Он мог спрыгнуть на землю, но решил, что риск сломать или вывихнуть лодыжку слишком велик. Ему и так хватало боли, а оказаться в тылу батальона Ланье со сломанной лодыжкой было верным самоубийством. Он выругался.
— Вы истекаете кровью, мистер Шарп, — озабоченно произнес Годвин.
— Бывало и хуже.
Ричард отстранился от окна, встревоженный увиденным. Французы стояли в две шеренги. Он прикинул численность одной роты и умножил полученное число на шесть, по числу рот, которые по его прикидкам действовали во дворе. Выходило, что в распоряжение Ланье было более пятисот бойцов!
— Просто следите, чтобы эти ублюдки снова не взялись за пушку. Старайтесь выцеливать их офицеров и сержантов.
— С удовольствием, мистер Шарп, — ответил Годвин, загоняя пулю в ствол винтовки.
Шарп вернулся к лестнице. Ничего не изменилось. Стоило кому-то показаться на ступенях, как снизу гремела канонада. Гарри Прайс всё еще охранял черную лестницу, а Батлер и О’Фаррелл продолжали швырять мебель мадам Делоне в вестибюль, возводя посреди широкого зала грубую баррикаду.
— У нас осталась хоть одна ракета? — спросил Шарп.
— Вот она. — Харпер поднял цилиндр. Шест от ракеты уже валялся внизу, среди разбитой мебели.
Шарп обернулся к своим людям. У него было всего тридцать человек, и то, что он задумал, было безумием. Но он был зажат в ловушке на втором этаже, не в силах повлиять на сражение, а враг вёл дело к своей победе.
— Заряжай, — скомандовал он. — Затем примкнуть штыки.
Из правого коридора, пошатываясь, вышли двое солдат, таща тяжеленный позолоченный шкаф. Шарп позволил им перекинуть его через балюстраду. Шкаф с грохотом рухнул на груду обломков, превращая дорогие стулья и столы в щепки.
— Там есть еще такой же?
— Так точно, сэр.
— Тащите его сюда.
Он зарядил свою винтовку, вогнав в ствол сразу две пули.
— Мы спускаемся, парни, — негромко произнес он, чтобы враги внизу ничего не услышали. — Не стрелять, пока не выберемся из дома. А как только окажемся во дворе бегите так, словно сам дьявол наступает вам на пятки.
— Куда бежать-то? — спросил Харпер.
— Напролом, прямо сквозь строй Ланье, — ответил Шарп.
Другого способа пробиться к своему батальону он не видел. Его проклятая затея с самого начала заключалась в том, чтобы ударить Ланье в спину — что ж, черт возьми, именно это он и сделает. Пятьсот французов против тридцати его бойцов. Четверо солдат снова показались в поле зрения, неся на плечах еще один массивный гардероб.
— Ставьте его на перила и ждите моей команды. Пэт? Давай мне последнюю ракету. И позови капитана Прайса, пусть ведет сюда своих людей.
Шарп спустился на четыре ступени, прижимаясь к стене и пригибаясь, чтобы не стать мишенью для французов, столпившихся за баррикадой из разбитой мебели. Отсюда он видел парадную дверь, запертую на два железных засова. Мертвый французский сержант так и лежал на коврике у самого входа, его кровь медленно растекалась по мраморному полу.
— Рядовой Би?
— Я, сэр!
— Когда мы спустимся, ты должен будешь оттащить этого дохлого лягушатника с дороги.
— Слушаюсь, сэр, — нервно отозвался Би.
— Не волнуйся, парень, — ободрил его Шарп, — он слишком мертв, чтобы сопротивляться. А где твоя обезьяна?
— В безопасности, сэр, в ящике в музее.
— Полагаю, он будет рад тебя снова увидеть.
— О да, сэр. Он славный малый, сэр.
Один из французов внизу услышал приглушенные голоса и выстрелил вверх. Пуля ударила в стену прямо над головой Шарпа и ушла в потолок, выбив кусок лепнины. Шарп отступил на пару ступеней.
— Все готовы? — спросил он.
— Каков план действий? — уточнил Гарри Прайс.