— Что вся идея с Братством не более чем средневековый пережиток. Просто кучка солдат, поклявшихся защищать Императора и друг друга на поле боя.
— Ха! Не очень-то им эта клятва помогла, верно? — хмыкнул Фокс. — Делоне-то мёртв.
— Возможно, — произнес Шарп.
— Вы думаете, она солгала вам?
— Для вдовы, — заметил Шарп, — она слишком уж наслаждается происходящим.
— Она крепкая старуха. — сказал Фокс, затем помолчал. — Она англичанка, вы знали об этом?
— Она мне это озвучила.
— Её отец был флотским капитаном, и весьма неплохим. Он захватил французский транспорт в Американскую войну и привез одного из захваченных в плен французов домой, а юная Флоранс в него влюбилась. Боже правый, может, вы правы? И генерал жив?
— Да и второй тоже, — добавил Шарп, — Ланье? Или Коллиньон просто скормил вам имена двух покойников?
Фокс не ответил, лишь на его лице отразилось разочарование.
— Надо было обыскать дом, — с сожалением проговорил Шарп.
— Там было слишком много солдат, — возразил Фокс. — Нам и так чертовски повезло выбраться оттуда живыми!
— Вы видели только одиннадцать человек?
— Может, и больше, — неопределенно отозвался Фокс, — дом-то огромный, черт бы его побрал.
— И всё это ради охраны виноградника?
— Там есть туннель, Шарп.
— Туннель?
— Стены Парижа пронизаны десятками туннелей, Шарп. Этими ходами во всю пользуются контрабандисты. Пошлины на вино здесь грабительские, вот умельцы и таскают его под землей. Мне рассказывали, что таких ходов под городом больше сотни. И я слышал, как они упоминали один из них. Эта старуха обкрадывает собственное правительство, контрабандой переправляет вино, и у нее есть солдаты для охраны этого предприятия. Они точно замышляют что-то недоброе, Шарп! — провозгласил Фокс так громко, что шарахнул запоздалых прохожих, выходивших из кафе на рю де Сент-Антуан. — Совсем недоброе! Боже правый, ну конечно! А что, если старик жив? Как спрятать его от сторонних глаз надежнее, чем притворившись, что он уже мёртв? Куда мы, к черту, идем?
— Домой, — отрезал Шарп.
Когда они добрались до отеля Моберже, перевалило уже далеко за полночь, но Виньо ещё не спал. Он сидел на крыльце, положив на колени мушкет, отобранный у одного из вышвырнутых дезертиров.
— Они не пытались вернуться, полковник, — сообщил он Шарпу.
— Вряд ли они попытаются, — ответил Шарп. — А мы заночуем в конюшне.
— А есть ли там приличная кровать? — с надеждой вставил Фокс.
— В конюшне, — настоял Шарп. — полно соломы.
— Это плохая затея, Шарп, — прошипел Фокс, когда они обходили дом.
— Это еще почему?
— Графиня Моберже открытая сторонница Императора! Мы тут словно мыши, поселившиеся в кошачьем доме!
— Скоро здесь будет полно таких мышей, — заметил Шарп.
— Британская армия уже близко, — легкомысленно бросил Фокс, — а лягушатники подумывают о капитуляции.
— Неужели?
— Так старуха сказала. Ей это, конечно, не по нутру. Назвала политиков трусливым отребьем.
— А что будет с Императором?
— Поставят к стенке перед расстрельной командой! Надеюсь, на это.
Шарп остался караулить, отправив остальных спать. Он устал, но не хотел нагружать караульной службой своих людей, которые были измотаны не меньше. Он обошел территорию Отеля Моберже, но не увидел никого, кроме кошки, крадущейся в кустарнике. Елисейские поля простирались слева от него, и среди грубых укрытий тлели костры. Виньо говорил, что там лагерем расположились французские солдаты из разрозненных батальонов, лишенные командования. Ричард всматривался в северное небо, надеясь увидеть отблеск армейских биваков на облаках, но горизонт оставался темен.
Существовало ли «Братство» на самом деле? Шарп сомневался. Затея казалась слишком причудливой, и всё же в винограднике Делоне творилось нечто столь же странное. Почему там было столько солдат и из какого они были подразделения? Генерал Делоне был кавалеристом, но его дом охраняла пехота.
— Вам бы поспать, — голос Харпера заставил его вздрогнуть.
— Доброго утра, Пэт.
— Поспите, сэр. Я посторожу.
— Нам придется вернуться, Пэт.
— Вернуться?
— На этот чертов виноградник.
— Позже, сэр. Сначала поспите.
— Разбуди меня, когда заварят чай.
— Непременно, сэр. Ступайте спать!
Шарп ушел. Фокс уже прихватил себе карету с мягким сиденьем и вовсю храпел, так что Шарп устроился на охапке соломы. И сразу же провалился в сон.
К тому времени как Шарп проснулся, Фокс снова исчез.