Короткое замешательство. Бесчестный человек. Он не так привязан к парню, как тот того заслуживает. Для него, я думаю, это было бы облегчением. Если он и вправду знает о замыслах своей леди. Если нет, я хочу видеть его полностью осведомлённым. Он бы обеспечил безопасность мальчика до тех пор, пока я не закончил с любым из них.
Итак. Чейд держит ситуацию в своих руках. По крайней мере, это не заходило в область моей ответственности. Я дам тебе знать, когда он прибудет сюда. А сейчас мне нужно спать.
Фитц. С тобой всё хорошо? Скилл передаёт эмоции так же хорошо как мысли, когда один из нас неосторожен. Подлинное беспокойство. Он прочитал мою боль.
Я мягко оттолкнул его. Я не хотел отвечать на вопрос. Со мной решительно не было всё хорошо, и он был последним человеком, с которым я хотел бы это обсуждать. Я очень устал. Гости. Ремонт дома. И это не то время года, в которое нам бы следовало бы всё это ремонтировать. Я должен был сделать это прошлым летом.
Ну, да, это научит тебя не откладывать дела на потом. А малютка? Как она освоилась?
У Пчёлки всё хорошо, Чейд. Просто прекрасно. И я собираюсь спать. Сейчас.
Я решительно вытолкнул его из своего сознания, выстраивая стены за ним.
Сон так ко мне и не вернулся, и весь покой бежал прочь. Я наблюдал за тенями от огня на потолке. Я попытался подумать о Молли без грусти, но эта рана была ещё слишком свежа. Я отвергнул мысли о посланнице или о загадке в её сообщении.
Но отказ от мысли о чём-то только сильнее закрепляет её в разуме. Я думал о Шуте. Я попробовал притвориться, что я не был зол на него за то, что он прислал такое непонятное сообщение. Я не смог, поэтому я перестал думать о нём.
Я перевернулся на бок и посмотрел на свою маленькую дочь. Её волосы торчали в разные стороны. Она свернулась в клубочек, как спящий щенок. С неё сползло одеяло, и я смог увидеть, что даже её маленькие пальцы ног напряжённо пригнулись к ступням. Спящая малютка, надеющаяся остаться укрытой от остального мира. Ох, малышка. Такая маленькая, но не настолько, как думают другие. Особенно после сегодняшнего вечера. Я сделал это с ней. Без мысли сделать её своей соучастницей. Как Чейд это сделал со мной. Годы назад, обратился бы я к ней как Чейд ко мне? Повторял ли я чужой путь, воспитывая ученика убийцы? Было ли это единственным видом отцовства, который я знал?
Шут всегда утверждал, что время движется в великом колесе, но ход нарушается, когда с каждым поворотом человечество совершает ошибки, влияющие на него всё серьёзнее. Он верил, что с помощью меня, его Изменяющего, у него получится вывести великое колесо на лучший путь. У него были видения о будущем, и из всех возможных вариантов он мог видеть тот, где я выжил, и мы вместе изменили мир.
И снова я вернулся к размышлениям о Шуте. Я перевернулся на одну сторону, перевернулся на другую снова, и встал. Развёл огонь, поплотнее подоткнул одеяло Пчёлки, и затем покинул комнату тихо, как крадущийся убийца. Удивительно, как искусен я был в этом умении.
Я двигался по Ивовому Лесу, неся зажжённую свечу. Я проверил работу, сделанную до сегодняшнего дня в Жёлтых покоях, и ещё больше удивился безрассудству того, кто пришёл бы в качестве отчаявшегося гостя в чей-нибудь дом и затем пожаловался бы в итоге на состояние жилых помещений. Но эти комнаты, по крайней мере, ей должны понравиться. Ранее днём зажгли в очаге огонь на дровах из яблони и кедра, чтобы освежить комнату. Аромат ещё не выветрился. В свете свечи жёлтые стены были тёплого золотистого оттенка. Когда вновь освежённый балдахин снова украсит кровать, и будут перевешены шторы, это будет уютным убежищем для юной леди. Безусловно, она не сможет вообразить призрака в такой тёплой и гостеприимной комнате. Я закрыл за собой тяжёлую деревянную дверь, успокоившись, что, по крайней мере, завтра всё пойдёт правильно. Сегодня, поправился я. Сегодня. Наступал рассвет, и сон ушёл.
За Жёлтыми Покоями следовали Зелёные Покои. Я не мог вспомнить, когда я в последний раз был в этих комнатах. Я открыл дверь и всмотрелся в полумрак. Обивка мебели покрыта пылью. Окна закрыты. Камин выметен дочиста и годами не использовался. Каркас кровати как скелет, балдахин хранился у его подножья в сундуке из кедрового дерева. В комнате витал запах застарелости, но я не увидел мышиного помёта. Я завтра поручу слугам благоустроить её. К моменту прибытия Фитца-Виджиланта комнаты должны прогреться. Здесь было не так просторно как в Жёлтых покоях. Маленький кабинет, совмещённый со спальней, и маленькая комната для сопровождающего слуги; я забеспокоился о том, будет ли он в чём-то нуждаться. Предложить ли прислугу? Как много я не знаю о содержании писаря. Я спрошу у Ревела. Возможно, он знает. Но да, эти комнаты приготовят для Фитца-Виджиланта. Ещё одна проблема решена.