Я не рассматривал его в таком свете до сих пор. Интересно было узнать, что Риддлу известно о моей первой встрече с Фитцем-Виджилантом. Все еще человек Чейда, в некотором смысле. Я ничего не ответил на это, но предположил:
- Он думает, что я все еще злюсь на него.
Риддл кивнул.
- Он достаточно силен для того, чтобы спускаться к столу, или передвигаться по Ивовому Лесу. Но он ведет себя так, будто ты заточил его в апартаменты.
- Понятно. Я позабочусь об этом после обеда.
- Том, он совсем мальчишка, но это не значит, что он не может стать для тебя другом. Познакомься с ним. Я думаю, он понравится тебе.
- Уверен, что это так, - солгал я. Время завершать беседу. Пчелка услышала достаточно. Способность Риддла понимать, когда я не был откровенен до конца, поставила меня в неловкое положение. Он взглянул на меня почти с грустью. И тихо заговорил.
- Том. Тебе нужен друг. Лант молод, я знаю, и ваше знакомство прошло... считай, ужасно. Начни сначала. Дай ему шанс.
Немного позже, в этот же день, я постучал в двери покоев Фитца-Виджиланта. Булен сразу открыл дверь. Я сходу отметил руку Ревела в удачно подогнанной ливрее и укрощенным волосам. Я оглядел комнату и счел камердинера скорее аккуратным человеком. Лекарственные мази, которые изготовил Чейд, аккуратно стояли на каминной полке. Комната была заполнена ароматом масла арники. Фитц-Виджилант самостоятельно сидел за рабочим столом и писал письмо. Перед ним лежали два заготовленных пера, бутылек с чернилами и небольшая промокашка. На противоположной стороне стола был разложен кусок ткани, на котором были расставлены камни для игры. Я задумался, кто научил его этой игре? Затем я отбросил все свои мысли и сосредоточился на цели.
Он тут же поднялся на ноги и поклонился, с интересом уставившись на меня. Порой человек принимает позу, не агрессивную, но по которой понятно, что он готов защищаться. Фитц-Виджилант занял такую позу, но в сочетании с поверженным выражением лица, он выглядел скорее запуганно. Я почувствовал себя больным. Я вспомнил, каково это, ощущать, когда уверенность покинула собственное тело. Передо мной стоял подавленный человек. Я задумался, насколько же сломлен он был, и сможет ли он восстановиться достаточно для того, чтобы снова спокойно смотреть на вооруженного человека. Я попытался сдержать жалость, проявившуюся на моем лице.
- Писарь Фитц-Виджилант, рад видеть вас на ногах. Я пришел пригласить вас присоединиться к нам за приемом пищи, если вы чувствуете себя достаточно хорошо.
Он предпочел не встречаться со мной глазами, но кивнул.
- Если это порадует вас, сир, я непременно так и сделаю.
- Нас порадует ваша компания. Это пойдет на пользу не только Пчелке, но и позволит обслуге лучше вас узнать.
Он снова поклонился.
- Если вам будет приятно, сир...
- Будет, - прервал я. - Но только если вы сами не против.
На мгновение наши глаза встретились, он все еще был тем же мальчиком, который стоял обнаженным у очага, в то время как опытный убийца рвал его одежду. Да. Немного неловкости на заре наших отношений. То, что мы оба должны преодолеть. Молчание приняло иной характер, и что-то изменилось, когда его лицо приняло решительное выражение.
- Я буду там, помещик Баджерлок.
Глава двадцать шестая. Уроки
Сон зимней ночью, когда мне было шесть лет.
На рыночной площади сидел нищий в лохмотьях. Никто не давал ему ни гроша, потому что он был пугающе страшным, с огромным шрамом на лице и морщинистыми руками. Он держал в руках кукольную марионетку, одетую в лоскутки. Она была сделана из палок и веревки, с жёлудем вместо головы, но он заставлял ее танцевать так, словно она была живой. Маленький угрюмый мальчик наблюдал за ним из толпы. Он медленно пробирался вперед, чтобы получше рассмотреть, как кукла танцует. Когда он оказался совсем рядом, нищий взглянул на него затянутыми пеленой глазами. Неожиданно они начали проясняться, будто ил стал оседать на дно лужи. Вдруг нищий бросил куклу.
Этот сон закончился кроваво, и я боялась пересказывать его. Стал ли мальчик марионеткой, с ветками вместо рук и ног, прыгали ли его колени и локти в такт голове? Или нищий схватил мальчика твердыми, костлявыми руками? Возможно, произошло и то и другое. В любом случае, все закончилось криками и кровью. Этот сон я ненавидела больше других. Это было концом для меня. Или, возможно, началом. Я знала, что после этих событий мир, который я знала, никогда не станет прежним.