Внутренне сжавшись в ожидании его гнева, она выдавила виноватую улыбку. Покосилась боязливо – нет, вроде не злится, ухмыляется даже. Доволен, что сумел так ловко внучку подловить.
– Ну и кем же она на самом деле была? – спросила осторожно.
Выцветшие глаза деда Йожефа утонули в туманной дымке воспоминаний. Едкая ухмылка сползла с лица, и выражение его стало задумчивым и немного печальным. Это ностальгия, наверное. Чувство, знакомое Кларе лишь понаслышке – слишком мало прожила она на свете, не на что еще оглядываться с щемяще сладкой тоской.
– Принцессой, – тихо сказал дед. Внучка почему-то ему сразу поверила.
***
Глава 1. Трон для ойны Эвики
Принцесса сняла капюшон, открыв волосы – словно выпустила на волю рубиновое пламя, и оно полыхнуло, заиграло множеством отражений в ледяных гранях. Огромная мохнатая шуба до пят скользнула с плеч, тяжело осела к ногам. Обнажила ее всю – точеную, белокожую, с этими удивительными кроваво-красными волосами, непослушной гривой спадающими до талии.
Она не могла услышать, как за спиной раздался восхищенный вздох – магическая преграда звуков не пропускала. Вообще не пропускала никого и ничего, кроме наследницы Империи. Да и ту всего один раз, чтобы взошла на ледяной трон и, если сумеет на нем удержаться, до конца жизни осталась королевой Севера, избранной Сердцем Холода.
Или не взошла, а испугалась, развернулась и сбежала, такие случаи бывали в истории. Тоже навсегда. Второй попытки Сердце не дает.
– Хороша... – не выдержав, выдохнул адмирал, с нескрываемым интересом ощупывая ее взглядом. – Венец творения, ангел божий, а не девочка!
– Как будто вы впервые увидели нашу наследницу, – ухмыльнулся Верховный жрец Сердца. – Вас должна волновать не красота ее, а храбрость.
– Ну, знаете ли, обнаженной я вижу ее в первый и, полагаю, в последний раз. – Адмирал осекся и вопросительно покосился на третьего наблюдателя. – А вы, досточтимый ойу, что скажете? Отчего глядите недовольно, неужели сама ее высочество Эва не по нраву пришлась? Ойу Ауднадо, вы еще с нами?
Тот резко обернулся, будто очнувшись от глубокой задумчивости. Взмахнул ресницами, и с их кончиков бесследно испарился иней. Перевел взгляд с одного своего спутника на другого и обратно.
Трое наблюдателей, как с древних веков заведено. Воин, жрец и жених наследницы, самый сильный маг в мире. В этот раз таковой нашелся здесь, в Империи, но это был единственный повод радоваться его кандидатуре. Асхель Ауднадо много лет жил отшельником на краю диких гор, в старинном замке над пропастью. Соседи из аристократов о нем мало что знали, а простые люди боялись, из уст в уста передавая жуткие слухи...
Вот и теперь он пренебрег вежливой беседой, как будто сам адмирал флота для него недостаточно важная птица. Молча продолжил рассматривать предназначенную ему невесту, и ни тени нежности или восхищения не промелькнуло в черных как ночь глазах.
Одну за другой принцесса вынула стройные ножки из громоздких унтов, показав тонкие щиколотки и узкие аристократические стопы с трогательно розовыми пяточками. Ни секунды не колеблясь, шагнула босой на обледенелый наст, колючий и твердый – даже не треснул под ногами.
Зато пещера ожила, возмутилась в ответ на это обжигающее прикосновение, порывом ветра смахнула иней со стен. Завьюжила, замела поземкой. Сливочная кожа принцессы раскраснелась и пошла мурашками, волосы взметнулись, рубиновой паутиной обвили плечи, словно стараясь укутать хозяйку.
– Меня волнует то же, что и вас, ойу Тайон, – наконец заговорил Ауднадо. Низкий голос его звучал бархатисто и глухо, вызывая у адмирала неуместные ассоциации с могильной плитой, обтянутой плюшем. – Красота хотун Эвы будет слабым утешением, если трон не получит новую хозяйку.
– Ойны Эвы, раз вам так угодно, – не задумываясь поправил Верховный жрец, не сводя глаз с принцессы.
– Ее высочества, прошу простить мою грубость. Право называться ойной она получит, когда спустится с трона.
Убрав с лица спутанные пряди, она медленно двинулась вперед. Порывы колючей метели хлестали ее, осыпали сверкающим снегом, сухим и острым как осколки стекла – внутри этой огромной ледяной пещеры, просвеченной до дна, вечно стояла лютая стужа. Никто из наблюдателей даже представить не мог, каково это, находиться в самом холодном месте на планете.
А принцесса все шла к своей цели, шаг за шагом, туда, где высокие узкие ступени, высеченные в снегу, поднимались к подножью трона из кристаллов чистейшего льда, прозрачного будто хрусталь.