- Но ведь он работорговец, - заметил один из присутствующих.
- Будучи торговцем, он лучше кого бы то ни было знает дела в I ороде и нужды его жителей, - ответил охранник. - К тому же он ещё и принадлежит к касте воинов.
- Это на его деньги проводится большинство зрелищ в городе, - добавил по1 онщик тарлариопов.
- Да, па этом месте он будет лучше, чем Хипрабиус, - согласился его сосед по столику.
- Мой билет на состязания, - вступил в разговор сидевший тут же мельник, - десятки раз был оплачен домом Кернуса.
Он имел в виду практику раздачи бесплатных контрамарок с оттиском фамильного герба Кернуса, позволявших их счастливому обладателю попасть на стадион и выдававшихся за воротами работоргового дома всем желающим в количестве одной тысячи контрамарок в день, ради получения которых многие не имеющие возможности приобрести билет занимали очередь ещё накануне с вечера.
- Вот и я говорю, - настаивал переодетый охранник-что Кернус далеко не самая плохая кандидатура на трон Ара.
К моему немалому удивлению, большинство из сидевших за столами, несомненно, обычных жителей согласно закивали головами.
- Да, это было бы неплохо, - задумчиво произнес серебряных дел мастер, - если бы такой человек, как Кернус, стал главой городской администрации Ара.
- А убаром? - спросил переодетый охранник.
Мастер пожал плечами.
- Ну, или убаром, - ответил он - В городе идет настоящая война, заметил один из присутствующих, книжник, до сих пор не принимавший участия в разговоре. - В такое время городу нужен настоящий убар.
- Вот именно, - подхватил охранник. - Кернус в качестве убара - вот что нам всем сегодня нужно.
Присутствующие одобрительно загудели.
- Принеси паги! - бросил переодетый охранник обслуживающей рабыне.
Та мигом вернулась с громадным кувшином, разлила пагу всем сидящим за столом и получила от охранника плату за всю компанию. Я знал, что эти деньги, столь щедро расточаемые охранником, наверняка были получены им в конторе Капруса, о чем мне сообщила в свое время Элизабет. Под заздравные крики присутствующих я встал и вышел из зала.
- За то, чтобы Кернус стал убаром Ара! - неслось мне вслед.
Краем глаза я заметил ещё одного человека, оставившего зал сразу за мной. Обернувшись, я увидел Хо-Ту.
- Я думал, вы не пьете пагу, - сказал я.
- Не пью, - ответил он.
- Что же вы делаете в пага-таверне?
- Я заметил, как Фалариус выходил из дома в одеянии гончара. Мне стало интересно.
- Кажется, он здесь по распоряжению Кернуса?высказал я предположение.
- Да, - согласился Хо-Ту.
- Вы слышали эти разговоры о Кернусе как о возможном убаре?
Хо-Ту пристально посмотрел мне в глаза.
- Кернусу не следует быть убаром, - неторопливо произнес он.
Я пожал плечами. Хо-Ту повернулся и зашагал по улице.
Пока люди Кернуса делали свое дело в пага-тавернах, в толпе, на улицах, на рыночных площадях и на трибу
нах стадионов, золото и меч Кернуса работали там, куда не мо1ли проникнуть его приспешники В свое время он предоставлял щедрые займы Хинрабиусам - довольно богатой семье, но, безусловно, не способной нести на своих плечах непомерное бремя финансирования бесконечных игрищ и состязаний Постепенно размеры займов Кернуса резко уменьшились, а ещё позже в кредитах Хинрабиусу было отказано. Теперь же, выбрав удобный для себя момент, Кернус, ссылаясь на стесненные финансовые обстоятельства, попросил Хинрабиуса вернуть ему данные в долг денежные средства. Сначала он просил возвратить незначительные деньги, затем требуемые к возврату суммы начали резко возрастать, и Хинрабиус, будучи не в состоянии покрывать их из юродской казны, вынужден был обратиться к собственным средствам, таявшим буквально на глазах Ему пришлось отказаться от финансирования общественных мероприятий, до сих пор официально проходивших под его, главы городской администрации, патронажем, и вместо него на объявлениях о намечающихся игрищах и состязаниях в качестве спонсора и организатора стало все чаще появляться имя Кернуса.
Тут же в общественном сознании начали всплывать и зловещие предсказания высоких посвященных в отношении династии Хинрабиусов. Оба члена Верховною Совета, выступавшие против оказываемого торговцами, в частности Кернусом, влияния на проводимую Аром политику, были найдены мертвыми - один с ножом в спине, а второй сброшенным с моста неподалеку от собственного дома. Командующий вооруженными силами Ара Максимус Хегесиус Квинтилиус - второе по значимости в Верховном Совете города лицо после самою Минуса Тентиуса Хинрабиуса - был внезапно смещен со своего поста незадолго до этого он высказал возражения против принадлежности Кернуса к касте воинов Ею место занял один из таурентинов - Серемидес с Тироса, выдвинутый на этот пост Сафроникусом, капитаном 1аурепгипов. Вскоре вслед за этим Максимуса Квиитилиуса также обнаружили мертвым он был отравлен и
своих Садах Удовольствии ядовитым укусом рабыни, которая, прежде чем она успела предстать перед правоохранительными органами, была задушена одним из таурентинов, действовавшим, как говорилось в официальных документах, в припадке ярости: всем ведь было известно, сколь высоко почитали таурентины Максимуса Квинтилиуса, переживая его потерю, вероятно, не меньше, чем остальные воины Ара. Сам я не очень хорошо знал Квинтилиуса и познакомился с ним только несколько лет назад, в 10110 году от основания Ара, во время нашествия орд Па-Кура. Тогда он показался мне неплохим воином. Я жалел о его кончине. Ему были оказаны все последние воинские почести, а пепел его после сожжения был развеян с летящего тарна над полем, где он не так давно вел войска Ара к заслуженной победе.
Требования Кернуса о возврате ему одолженных Хинрабиусу денег становились все более настойчивыми.
Ссылаясь на свое сложное финансовое положение, он стал неумолим. Жители Ара в общей своей массе считали противоестественным факт, что личные ресурсы главы города могут быть в столь плачевном состоянии. Затем, где-то, наверное, через месяц, по городу начали ходить слухи о подлогах и растрате средств из городской казны. В связи с этим - теоретически для того, чтобы обелить имя Хинрабиуса, - Верховным Городским Советом бьыа назначена комиссия, члены которой, проверив записи накладных расходов, к своему ужасу, обнаружили серьезные расхождения в платежных ведомостях на денежные суммы, выданные якобы членам семейства Хинрабиусов за выполненные ими работы и оказанные городу услуги. Судя по документам, наиболее значительные средства были направлены на строительство четырех бастионов и помещений для содержания боевых тарнов, в которых уже долгое время отчаянно нуждалась воздушная кавалерия Ара и возведение которых ещё и не начиналось. Высшие военные чины с негодованием открыли для себя, что строительство этих необходимых для города объектов в связи со сложившейся ситуацией
откладывается на неопределенное время, а деньги, выделенные на него городским казначейством, очевидно, уплыли в неизвестном направлении. Строители, которым, судя по отчетной документации, должны были быть переданы деньги, в один голос заявили, что они знать ничего не знают о деньгах, а платежные ведомости, если они есть, несомненно, фальшивые. Вдобавок ко всему объединение торговцев, следящих за организацией мероприятий на Стадионе Тарнов, официально объявило о длительное время продолжающейся неплатежеспособности главы городской администрации и поспешило потребовать у него оплаты за последние, проведенные в кредит на их собственные средства, состязания.
Как и следовало ожидать в подобной ситуации, Минусу Тентиусу Хинрабиусу не оставалось ничего иного, как сложить с себя высокие полномочия и вместе с ними снять коричневую мантию главы городской администрации. Это произошло поздней весной, на шестнадцатый день третьего месяца, называемого в Аре камериусом, а в Ко-ро-ба - селнаром. Накануне этого его вынужденного шага верховный служитель высоких посвященных, тот самый, что некогда прочел зловещее предсказание по состоянию печени принесенного в жертву боска, в официальной беседе во всеуслышание заявил, что священные пророчества в отношении правления Хинрабиуса начинают сбываться.
Верховный Городской Совет, не желая официально приговаривать Минуса Хинрабиуса к позорному изгнанию из стен города и тем самым ещё сильнее будоражить население, потребовал от бывшего главы городской администрации сделать заявление с просьбой позволить ему оставить город якобы по своей воле. Заявление было принято, и на семнадцатый день камериуса все семейство Хинрабиуса вместе со своими сторонниками и последователями убралось за пределы городской черты. К концу месяца перед лицом все возрастающего возмущения народа многочисленные родственники Хинрабиусов, так или иначе принадлежавшие к их семейству, вынуждены были в спешном порядке распро дать свое недвижимое имущество и также оставить город, отправившись вслед за главой дома Хинрабиусов и нагнав Минуса Тентиуса в нескольких пасангах от Ара, откуда караван переселенцев направился к Тору - городу, удовлетворившему их просьбу о предоставлении им убежища.