— Что ты имеешь ввиду?
— То, что связывает нас. Я не могу понять механизмы этого, как это сработало. Почему это произошло.
— Ну, может воля «Кетану», — засмеялась Тара.
Радгару это явно не понравилось, он издал рык и даже немного привстал со своего кресла, Тара нахмурила брови и склонила голову в удивлении.
— Слушай, когда я говорю! Не оскорбляй Кетану!
Тара, хотела было, много чего сказать в ответ, но сдержалась, понимая что многие проблемы во взаимопонимании возникали у них не только из-за разных культур, но и из-за переводчика, который переводил достаточно хорошо, но порой зависал и мог не так передать фразу, тем более тон.
— Извини, продолжай, — дотронувшись до его руки — успокаивая, ответила землянка.
— Слушай внимательно и не перебивай, — строго посмотрел на неё инопланетянин, — Я задумался об этом ещё на Земле. Согласно своей природе я не должен был среагировать на тебя, как я не реагирую на других самок с Земли. Они меня не привлекают, их запах для меня нейтрален, иногда даже не приятен. Но твой — другое дело. Я пытался найти этому объяснение через знание своей расы, но ничего не нашел. Часть истории скрыли с доступного мне блока информации. О тех временах я ничего не знаю, так как всё это происходило до моего рождения.
— А что происходило в те времена, приблизительно? — с неподдельным интересом спросила Тара.
— Мне известно только то, что тогда были разрешены полёты на Землю, активно изучались ууманы и про тот опыт, о котором я тебе рассказывал. Анатомия ууманов есть в доступе, довольно поверхностная информация — ничего о происхождении, ничего об остальных опытах. Никаких упоминаний о возможном спаривании, межрасовых отношениях.
Девушка уставилась на него и сделала странный, по его мнению, вздох — «Хм» — произнесла она.
— А что насчёт других рас?
— Есть те, что живут в колониях и по сей день, им некуда уйти, их планеты безжизненны — мы берём их ресурсы. Это вся информация, ни о каких межрасовых отношениях никогда не было и речи.
— Странно, что с людьми не сделали то же самое, — грустно сказала она, представив себе колонию землян, которые подобно рабам трудятся без отдыха и воли.
— Причина в охоте, вас слишком легко уничтожить, не интересная цель, — ответил хищник, только секундой позже осознав, что говорит о сородичах своей ууманки.
— Ресурсы? — предположила Тара, сделав вид, что пропустила предыдущую фразу мимо ушей.
— То, что есть в Земле ничтожное количество. А клан, что сейчас правит всеми — против этого, основная идея оставить ууманов в покое. Запретили охоту на Земле, опыты с людьми. Но есть те кланы яутжа, что думают по другому. Но их не много, власть им не доступна.
— Но всё может поменяться. Так ведь?
— Возможно. Но пока мысль о мирном сосуществовании с разумными расами — главное в новой идеологии, в новом Кодексе.
— Но ты же охотился на людей! — с упреком сказала она.
— Да, выбирал достойных противников. Сама дала мне наводку на грязную кровь!
— Но всё же, почему тебе дали возможность нарушить Кодекс?
Радгар вдруг опять зарычал, но быстро успокоился и продолжил:
— Я не нарушал Кодекс, у меня было неотложное дело на Земле. А охота — награда. Охота исключительно на грязную земную кровь! Не трогать ууманов — значит не истреблять. Дать им развиться, но это не значит, что с ними не будет боя в будущем!
Тара опять хотела вставить свое словечко, но Радгар не дал ей.
— Нет информации о межрасовых союзах ни с одной расой, не только с ууманами. Невозможно сказать были такие или нет.
— Хм, то есть кто-то намеренно скрыл это? Или же такого действительно никогда не было.
— Именно. И как среагируют на тебя другие яутжа, я не знаю, — заключил он.
— Хочешь сказать, что, возможно мною заинтересуется еще кто-то? — округлила глаза землянка.
— Я бы не хотел, чтобы кто-то возжелал мою самку. Поэтому будешь сидеть на корабле, пока я всё не выясню.
— Я бы тоже не хотела этого, вот же чёрт! — разволновалась она.
Кожа землянки вдруг покрылась мелкой рябью, она явно нервничала, температура тела то поднималась, то падала. Тара испугалась, она и так переживала, а теперь ей стало по-настоящему не по себе. Хищник попытался немного её успокоить.
— Не бойся, никто не посмеет тебя тронуть. Насилие над самкой — худшее, что может сделать самец яутжа. Запрещает Кодекс, карается смертью. Тем более это только предположение.
— Хорошо, но давай продолжим логическую цепочку, — отвлеклась она, — Что по истории? Именно в тот промежуток времени, где отсутствуют сведения о медицине, что по политике, не знаю там, что у вас есть — экономике…