Махнув Ане и Буколову, Такер повернулся к Кристоферу.
— Надо поставить палатки. Но что вы думаете по поводу костра?
— Огонь хорош для того, чтобы держать на расстоянии диких животных, но он также привлечет внимание повстанцев и бандитов. Я голосую против.
Такер согласился. Они быстро разбили лагерь. Даже Буколов успел поработать, перед тем как заползти в палатку и буквально рухнуть на одеяло. Аня вскоре последовала за ним.
— Первым дежурю я, — сказал Кристоферу Такер. — Вы весь день были за рулем. Нужно немного поспать.
— А я спать не очень-то хочу. Сменю вас через пару часов.
Такер не возражал.
Подойдя к внедорожнику, он прижался бедром к бамперу. Небо над головой, усыпанное сверкающими звездами, было рассечено пополам сияющей полосой Млечного Пути. Такер вслушался в какофонию африканской ночи: треск насекомых, отдаленный топот копыт, шелест ветра.
Трудно было поверить, что в такой красоте таится столько опасностей.
21 марта, 01 час 24 минуты
Такер нес дежурство, борясь со сном. Лежавший у колеса «Рейнджровера» Кейн встрепенулся, поднимая голову.
Такер услышал, как открылась молния палатки.
Обернувшись, он увидел, как из палатки выбирается Аня, закутанная в одеяло. В холодном воздухе пустыни ее дыхание вырывалось изо рта облачками пара. Медленно, робко молодая женщина присоединилась к Такеру.
— Не можете заснуть? — шепотом спросил тот. — Вас беспокоит рука?
— Нет. Дело не в этом… — Не договорив, Аня пожала плечами.
Уэйн похлопал по капоту рядом с собой.
Подсев к нему, Аня придвинулась ближе и накинула ему на плечо одеяло.
— Похоже, вы замерзли.
Такер не стал возражать. Он вынужден был признать, что рад теплу… и обществу.
Взглянув на них, Кейн глухо зарычал и снова улегся на землю.
— По-моему, кто-то ревнует, — заметила Аня, пряча улыбку.
— Он бывает очень сварливым, когда устанет.
— Вы с ним прекрасно читаете настроение друг друга.
— Мы уже давно вместе. Кейн был еще щенком. И за долгие годы тренировок мы выучили все странности и причуды друг друга.
Внезапно Такер поймал себя на том, как же глупо говорить о таких вещах, когда прямо под боком красивая молодая женщина.
Однако Аня, похоже, ничего не имела против.
— Должно быть, это замечательно, когда в жизни есть кто-то близкий, кто так хорошо тебя знает.
В этот момент Такер осознал, как же мало ему известно о настоящей Анне Авериной — и как же много ему хочется о ней узнать.
— Кстати, о том, чтобы узнать друг друга, — шепотом произнес он. — Мне ничего не известно о вашем прошлом. Где вы росли?
Последовала долгая пауза — очевидно, Ане было непросто открыться, особенно после стольких лет жизни под чужим именем.
— В разных местах, — наконец пробормотала она. — Мой отец служил в российской армии. Он был… он был очень тяжелый человек. Нам часто приходилось переезжать с места на место.
Такер услышал в ее словах боль. Аня опустила взгляд. После длительного неловкого молчания она встала. Определенно, Такер задел больное место.
— Пожалуй, я все же попробую заснуть, — пробормотала Аня, забирая с собой одеяло.
Помахав рукой, она вернулась к палатке и забралась внутрь.
Внезапно ночь стала гораздо холоднее.
Глава 33
21 марта, 05 часов 16 минут
Горы Гроот-Карас, Намибия
Кристофер разбудил Такера еще затемно. Уэйн тотчас же стряхнул с себя сон, напрягая мышцы и прогоняя паутину приятных сновидений.
— Все в порядке, мистер Уэйн, — заверил его молодой негр. — Вы попросили разбудить вас до восхода солнца.
— Хорошо, хорошо…
Выбравшись из спального мешка, Такер первым делом схватил лежавшую рядом «АР-15».
Когда он вылезал следом за Кристофером из палатки, проснулся Буколов, разбуженный шумом.
— В чем дело? Что случилось?
— Все в порядке, профессор, — успокоил его Такер. — Спите дальше.
— Я бы спал, если бы вы двое не топали, словно стадо слонов. — Буколов перекатился на другой бок, поворачиваясь к ним спиной.
В противоположном углу палатки блеснули открытые глаза Ани, затем и она также отвернулась.
Ведя за собой Кейна, Такер выбрался в предрассветную прохладу. Он попрыгал на месте, восстанавливая кровообращение в затекших ногах, а пес устремился к ближайшим кустам и задрал лапу.
Когда овчарка вернулась, Кристофер спросил:
— В какую сторону вы пойдете и как далеко?
Такер указал на восток.