В то время как следователь Попов допрашивал Бочкина, лейтенант Скворцов комфортно расположился в мягком удобном кресле. Напротив него сидела хозяйка дома Таисия Игнатьевна Сапфирова. Они пили чай с клубничным вареньем.
– Замечательное у вас варенье, – наконец отставив чашку, похвалил Скворцов, – уж не помню, когда такое и пробовал.
– У меня оно особого приготовления, – пояснила Таисия Игнатьевна, – еще от бабушки рецепт остался.
Скворцов вздохнул. Было приятно посидеть в тепле и посмаковать чай с вареньем, но и забыть о цели своего визита он никак не мог.
– Таисия Игнатьевна, а вы давно здесь живете? – осторожно приступил он к разговору.
– Да уже около тридцати лет.
– Наверное, всех здесь отлично знаете?
– А то как же, – довольно согласилась старушка.
– Расскажите мне, пожалуйста, о Тишкиной.
Она была энергичной женщиной, из тех, кого называют душой общества. Порой она вела себя совсем не по возрасту, но… – тут Сапфирова лукаво улыбнулась, – я считаю, что человеку столько лет, сколько он хочет, чтобы ему было. Её муж умер лет шесть назад. Она, конечно, любила поболтать языком, но беззлобно, никогда ничего не сочиняла про других, в отличие от некоторых, – многозначительно добавила Сапфирова.
– И эти некоторые… – начал Скворцов.
– Ах, я совсем не хочу показаться сплетницей, – воскликнула Таисия Игнатьевна, – но право же, когда живешь рядом с людьми столько лет…
– Именно так, – ободряюще вставил Скворцов.
– Так, о чем это я?
– О сочинителях, – улыбнулся лейтенант.
– Нет-нет, не подлавливайте меня, – погрозила ему пальцем Сапфирова. – Я говорила о Тишкиной. Многие считали её пустой, глупой балаболкой, но только не я. Она была хитрой и проницательной женщиной. Мне жаль, что её больше нет. Не могу сказать, что мне будет недоставать ее, но мне кажется, что с ней уйдет этот беззаботный веселый настрой, который я так люблю. Да, определенно, без нее в деревне станет скучно.
– Она была добрым человеком? – спросил Скворцов.
– Ну, я бы скорее сказала, что Алена Александровна была гостеприимной и радушной. На неё можно было положиться в трудную минуту.
– Она, наверное, много работала?
– Да, это была очень работящая женщина. До прошлого года она работала в Доме культуры в Утесово. Огород и дом постоянно висели на ней.
– Я слышал, её родственники не очень трудолюбивые люди? – осторожно закинул удочку Скворцов.
Сапфирова ответила сдержанно:
– Я мало их знаю и не могу с уверенностью судить, но в деревне сложилось именно такое мнение.
– Значит, вы никого из них как следует не знаете?
– Боюсь, что нет.
– Жаль, – вздохнул Скворцов. – А вот что вы скажете об Анне Дмитриевне Тарасовой? Мне она показалась очень волевым человеком.
– Да, – согласно кивнула Таисия Игнатьевна, – очень сильная женщина. Её нелегко понять, она с характером. Скажу вам по секрету: иногда я её боюсь.
– Да что вы, – изумился Скворцов, – мне она показалась совсем не страшной.
– Вы знакомы с ней всего один день, а я – уже почти тридцать лет.
– Она тоже давно здесь живет?
– Приехала еще раньше меня. Сначала она жила с матерью, потом мать умерла. К ней иногда ездила сестра, ну а сейчас никто не ездит.
– А у нес есть семья? – с любопытством спросил Скворцов.
– Не знаю, – пожала плечами Таисия Игнатьевна, – она никогда не говорит на эту тему.
– Но замужем-то она была?
– Я её мужа не видела. Несколько лет она не жила здесь, и, возможно, там у неё был муж.
– А где она жила, вы не знаете?
– Без понятия.
– А сейчас она живет здесь безвыездно?
– Нет, почему же, бывает, что и уезжает.
– Куда?
– В Ленинград, кажется. Алена как-то обмолвилась.
– Значит, она вам кажется человеком, перенесшим тяжелую душевную драму? – неожиданно спросил Скворцов.
– Почему вы так думаете? – в глазах Сапфировой мелькнул интерес.
– По вашему описанию.
– Вы угадали, Владимир Андреевич. Но только я не уверена, что она пережила эту драму до конца.
– Что вы имеете в виду?
– Она очень уравновешенный человек, но иногда у неё случаются приступы необъяснимого раздражения, а подчас – меланхолии.
– Очень интересная характеристика, – задумчиво произнес Скворцов. – Как вы думаете, она способна на убийство? – задал прямой вопрос лейтенант.
– При определенных обстоятельствах, думаю, да.
– Что вы имеете в виду?
– Ну, только сумасшедший будет убивать просто так. Люди убивают, когда оказываются в безвыходной ситуации. Только одни способны на убийство, другие нет.
– Да, я тоже так думаю, – согласился Скворцов. – Ну, а что вы скажете о ветеринаре Бочкине?