– Увы, я ничего не видела и не слышала, – с сожалением сказала она. У нее тоже не оказалось алиби.
– А чей это дом между вами и Тишкиной? – спросил Скворцов. – Там, кажется, никто не живет?
– Там живут Бецкие, но они с неделю как уехали в Ленинград.
Михаил Антонович Симагин во время допроса никаких новых деталей не вспомнил. Попов заставил его еще раз рассказать о том, при каких обстоятельствах он видел Люгерова.
– Точное время не припомните? – спросил следователь.
– Около трех, точнее не скажу, Кирилл Александрович, – виновато развел руками Симагин. Следователь повторно вызвал Люгерова и расспросил его об этом эпизоде. Люгеров заявил, что Симагина не видел, вспомнив, что действительно обходил бурьян, но когда не знает, так как у него не было часов. Однако от наблюдательного Попова не укрылось замешательство Люгерова.
Попов расспросил об этом и Адскую, которая сразу же ответила, что ничего не знает и не помнит.
– Дина Петровна, – заметил следователь, – вот вы говорите, что не любите носить часы, однако, когда ваши сломались, вы попросили у Тишкиной, как это понимать?
– Я не говорила, что не люблю носить часы, – запротестовала Адская. – Я сказала, что люблю забывать о времени, когда отдыхаю на природе, а это не одно и то же.
– Выкрутились, – едко заметил следователь, но больше допрашивать не стал.
Тишкин сообщил Попову, что из дома ничего не пропало. На вопрос о том, кто наследует имущество покойной, Алексей Александрович ответил, что, наверное, он.
– Но поскольку я не юрист, – добавил Тишкин, – то все тонкости мне неизвестны.
Особенно подробно Попов допрашивал Ленку.
– Елена Поликарповна, – как можно любезнее начал он, – мне говорили, что вы очень информированный человек. Расскажите мне, пожалуйста, все, что знаете о Тишкиной: с кем она общалась, с кем дружила, с кем ссорилась, а также о её родственниках.
Ленка выложила всё, что знала. Она припомнила малейшие перепалки покойной с кем бы то ни было.
– Но ничего серьёзного, – подвела она неутешительный итог, – ничего, из-за чего Алену могли бы убить.
По её виду было понятно, что она полна желания помочь, но, увы, не может этого сделать. О родственниках Тишкиной Ленка была хорошего мнения, что удивило Попова.
– Похоже, вы единственная, кто так думает, – заметил он.
– Правда? – изумилась Ленка. – Ну, я не знаю. Мне все они показались приятными людьми. Разве что эта Адская немного странная, но, по-моему, ничего серьёзного.
Попов заставил её подробно повторить рассказ о последнем разговоре с Тишкиной. Когда Ленка упомянула, что, по словам Тишкиной, тень хромала, Попов тут же остановил её:
– Вы говорите: хромала? – воскликнул он. – А я и не знал.
Он бросил укоризненный взгляд на Скворцова. Лейтенант тут же спросил Ленку:
– Елена Поликарповна, а ведь вы тогда об этом не упоминали, правда?
– Да, верно, я забыла, – созналась она. – Простите меня.
– Ничего, главное, что сейчас вспомнили, – успокоил ее Попов.
– Кто в деревне хромает? – спросил он.
– Только Ленка Евсеева.
– Хорошо. Как думаете, кто мог убить вашу подругу Алену?
– Наверное, тот, кого она видела, – ответила Ленка, – а может, тут все дело в колдовстве этой Шельмы. Вы про нее знаете? – спросила она следователя.
Попов кивнул.
– Скажите, когда вы вернулись домой в среду после автолавки?
– Минут двадцать третьего, я очень спешила.
– А почему вы спешили?
– После прихода этой Шельмы я заметила, что Алены нет, и мне вдруг стало как-то жутко.
– И что же вы сделали, придя домой?
– Тут же пошла искать Алену.
– И куда вы пошли?
– Я постучала в дом, но никто не откликнулся.
– Дом был на замке?
– Нет, дверь была приперта кирпичом. У Алены это означало, что никого нет дома, но хозяйка ушла недалеко.
– Но вы все же стучали?
– Да, на всякий случай.
– Что вы сделали потом?
– Потом я поискала Алену в огороде. Пару раз покричала её. Тогда я подумала, что она пошла к Саврасихе, и тоже отправилась туда.
– Вы говорите о Саврасовой, пасшей в тот день коз?
– Да, о ней.
– В какое время вы туда пошли? Очень важно вспомнить точно.
– Думаю, было не больше половины третьего.
– Что вы увидели там, где она пасла?
– Там я никого не нашла. Ни Тишкиной, ни Саврасовой.
– И что вы сделали?
– Немного подождала, поозиралась по сторонам, да и пошла.
– Когда вы ушли оттуда?
– Часа в три.
– Что же вы там делали полчаса?
– Да не знаю, растерялась, стала гадать, где Алена, вот время и пролетело.
– Вы кого-нибудь видели с тех пор, как ушли в двадцать минут третьего из дома, и до трех дня?