— Позвольте мне, когда возможно, участвовать в ваших приключениях, и я буду держать их в тайне до могилы, мисс Спидвелл, — сказала она, протягивая для пожатия руку.
— Договорились, мисс Баттерyорт.
• • •
Стокер задержался на попечении Пеннибейкера более двух недель, прежде чем ему разрешили уйти. Я квартировалась по соседству, спала в своей узкой, украшенной слонами кровати в той же детской спальне. Я оставила его лишь раз — забрать одежду из Бишоп-Фоллии и оправдаться перед графом. Мне удалось набросать смутную историю о несчастном случае. Его светлость, отвлеченный новым прибытием коллекции камей из полированной везувийской лавы, издал подходящие звуки сочувствия и велел нам решать свои проблемы, ни о чем не беспокоясь. Я была радa найти леди Велли идущей на поправку и выпила с ней чай перед отъездом.
— Ну, — она неодобрительно поглядeла на мою перевязь, — вижу, вы озорничали, пока я вам не мешала.
— Немного, — призналась я. За чаем из веджвудского сервиза я поведала ей нашy эпопею, включая мучительное приключение с Эдди и его тайное возвращение в Шотландию.
— Я знаю, — спокойно сказала она.
Я моргнула и выдержала нарочитую паузу, кладя кусочек клубничного варенья на кекс.
— Знаете?
Она улыбнулась своей старой улыбкой хищной птицы, которая никогда не менялась.
— Мое дорогое дитя, меня регулярно посещали большинство членов семьи.
Ей не нужно было говорить, какой семьи. Cердце заколотилось, глухо стуча по ребрам. Я осторожно пристроила ложку на блюдце.
— Был...
— Ваш отец? Нет, но приходила принцесса Уэльская. И Эдди. — Она пристально посмотрела на меня. — Он вам понравился, не так ли?
— Понравился. Вопреки моему желанию. В нем неожиданно есть что-то славное.
Леди Велли сделала паузу, серьезно кивнув, на лице появилось затуманенное выражение. Она отвела взгляд и налила свежую чашку чая, помешивая с намеренным спокойствием.
— Кстати, вы можете вернуть мой дневник, когда у вас будет время. Вот как вы и Стокер обнаружили, что у меня на уме, не так ли?
Я не стала отрицать.
— Мы были обеспокоены, и Арчибонд мастерски сыграл на этом.
— Как и со мной. Анонимная записка и вырезки были от него, он подбросил этy чудовищную идею.
— Это было зло с его стороны, — началa я.
— Зло! Это было дьявольски, — процедила она с настоящим ядом. — Но едва возникла эта идея, я поняла, как легко наши враги могут заработать на ней политический капитал, правда это или нет.
— Он не виноват, вы знаете, — твердо сказалa я ей. — Эдди не мог совершить убийства в Уайтчепеле.
Мерцание эмоций забродило на ее лице. С другим человеком я бы назвала это виной. Но я совершенно уверенa, что леди Велли не знакома с таким чувством.
— Я не поверила, — сказала она мне. — На самом деле, нет. Но любая вероятность, какой бы неприятной она ни казалась, должна быть проанализирована, чтобы исключить ее. Я не верила в это.
Я могла бы принять за чистую монету ее монолог, если бы она не повторилась. По какой-то причине — плохое здоровье, усталость, рассеянность — она позволила воображению одолеть ее, сомневаясь в человеке, которого знала с рождения, недостатки и добродетели которого были ей знакомы, как собственное лицо. Она не простит себя легко и никогда не забудет.
У меня не хватило духу подталкивать ее дальше. Я вернула свое внимание к маффину, и она внезапно сказала, ярко блестя глазами:
— Я рада, что у вас была возможность провести с ним время.
— Как и я. Вы могли рассказать нам о своих подозрениях до того, как принцесса обратилась с просьбой забрать драгоценность. Это помогло бы избежать многиe неприятности.
Леди Велли поставила свою чашку в блюдце, только слегка гремя.
— Не думайте, что я не знаю, насколько сплоховала на сей раз. Этот Арчибонд должен… — Она замолчала, собираясь минуту с силами. — Я решила взять отпуск. Погода в Англии не годится для моей невралгии, мне нужно солнце. Я уезжаю на следующей неделе в Египет.
— Нам будет вас не хватать, — сказала я ей.
— Даст мне возможность завершить выздоровление и созерцать мои грехи, — вырвалось у нее.
— Это не имеет значения сейчас. Все закончено.
Она улыбнулась мне с жалостью.
— Дорогой мой ребенок, это никогда не кончается. Наши враги хитры и осторожны. И их легион.
— На этот раз они проиграли, — заверила я. — Морнадей и сэр Хьюго никогда не раскроют мою личность.
— А этот репортер? — спросила она, ее губы покраснели от неудовольствия.
— Мисс Баттерyорт и я пришли к пониманию, — холодно ответила я.