Заросшая многодневной щетиной голова Эндрю с открытыми глазами покоилась на двух подложенных под нее стопкой окровавленных подушках. Он покончил с собой выстрелом в рот. Кровь во рту, ушах и ноздрях успела спечься, но подушки ею пропитались насквозь. Пистолет Джеффа Трэйла так и не выпал из откинутой отдачей от выстрела на живот руки, а единственная стреляная гильза тускло блестела в проходе между кроватью и раздвижным окном.
К 22:00 всё высшее руководство правоохранительных органов страны было поставлено в известность: охота на Эндрю Кьюненена окончена.
Засим на арену вышли криминалисты, принявшиеся снимать место действия на фото- и видеокамеры, и судмедэксперты. Но и тут не обошлось без странностей, причем пошли они сразу и буквально косяком. Замóк с передней двери, например, был найден в морозильной камере холодильника. Дверцы кухонных шкафов были открыты нараспашку, а на разделочном столе стоял поставленный на попа бинокль. Поддон душевой кабины был использован в качестве мусоросборника для оберток и пустых стаканов из фастфуда, а на кофейном столике в гостиной стояла полная до краев тарелка ореховой скорлупы. В нижней части живота — между пупком и паховой областью — на теле Эндрю обнаружили гнойный абсцесс, развившийся вокруг колющей раны диаметром с карандаш. На захламленном столе гостиной, среди прочего, были найдены и протирочный спирт, и марлевые бинты (как свежие, так и окровавленные), и пустая упаковка из-под парацетамола. Был найден и пустой флакон из-под неустановленного рецептурного лекарства, выписанного владельцу дома, на маркировке которого ничего кроме фамилии заказчика «Райнек» не значилось. Ну и, конечно, как же без этого — стопка глянцевых журналов, верхним из которых — как наглядное свидетельство того, что, даже спасаясь от беспрецедентной сумасшедшей облавы на него, Эндрю Кьюненен не изменял своим вкусам, — Vogue.
В 22:19 ведущий новостей NBC Пит Уильямс по сведениям, полученным им из собственных источников в штаб-квартире ФБР в Вашингтоне, объявил по каналам CNBC и MSNBC, что «внутри плавучего дома обнаружен труп». Источник сообщил, что у полиции есть все основания полагать, что Эндрю застрелился из того же самого оружия, которое использовал для убийства Джанни Версаче.
Для судебно-медицинской идентификации тела Эндрю посреди ночи пришлось прибегнуть к услугам полиции Майами, которая таким образом снова перехватила контроль над делом. Оттуда выслали мобильный командный пункт, представляющий собой оснащенный, среди прочего, всем необходимым для криминалистической экспертизы автобус.
Наконец в 5:10 утра дактилоскописты отложили лупы в сторону и подписали заключение экспертизы: полное совпадение. Так Эндрю Кьюненен был официально признан мертвым. К этому времени агент Грегори Джонс, главный координатор расследования дела Кьюненена со стороны ФБР, уже не спал двое суток.
Под мерный шум продолжавших работать телекамер тело Эндрю наконец вынесли из плавучего дома и отправили на вскрытие, назначенное на 6:45 утра в четверг 24 июля. «Эй, пацан, хочешь попозировать национальному телевидению? — спросил кто-то из опытных сослуживцев у Санчеса. — Тогда берись за носилки с телом — и вперед!»
Часть 4
Умер и умер?
Никто из имевших прямое отношение к расследованию дела Кьюненена в полиции Майами-Бич не верит, что Эндрю мог оказаться на борту именно этого плавучего дома по чистой случайности.
«Нутром чую, что Кьюненен прекрасно знал об этом плавучем доме заранее», — сказал на следующий же день шеф местной полиции Баррето.
«Думаю, Эндрю бывал там и раньше и знал об этом месте, и еще кто-то явно помог ему там укрыться», — говорит сержант Наварро.
«Уверен в наличии связи между Джанни и Эндрю. Иначе как бы он оказался в этом плавучем доме? — вопрошает Гари Шиаффо, главный следователь по делу о проникновении Кьюненена на борт. — Жилых плавсредств там не так уж и много. Как он узнал, что именно это пустует? Почему проник туда с легкостью?»
Однако самоубийство Эндрю сняло такую гору с плеч правоохранителей всех ведомств, а главное — ФБР, что его дело спешили закрыть. «Умер и умер, и делу конец, — отрезал Скримшо. — Положим, я чувствую, что Кьюненена вполне могли использовать, — но это же мое личное мнение. К делу мои догадки не подошьешь. Если у меня нет подкрепляющих доказательств, то и не пойдет это всё никуда». Скримшо был крайне недоволен уже одним тем, что его собственное начальство в полиции Майами-Бич сразу же закрыло дальнейшее расследование, хотя сам он считал, что оно далеко от завершения: «Остались зияющие пустоты, требовавшие дальнейшего разбирательства». Как и сержант Наварро, и детектив Дейл Твист, Скримшо до какого-то момента все еще надеялся получить сколь бы то ни было вразумительные ответы на запросы в вышестоящие инстанции на предмет расследования цепочек, ведущих от владельцев плавучего дома к международному криминальному сообществу. Вместо этого все они получили, по словам Твиста, «ноль интереса на входе и ноль результатов на выходе, — а почему, я даже и догадываться не смею».