Незадолго до этого в моду вошло трескучее понятие «спонтанное убийство случайной жертвы». Семья за него ухватилась и принялась заявлять, что жертвой именно такого убийства и стал Ли: «Мы можем сказать с абсолютной уверенностью, что ни Дьюк, ни кто-либо иной из членов семьи не был знаком с Кьюнененом». И пресс-секретарь компании Miglin-Beitler Марк Йирасек также ежедневно выступал с опровержениями какой-либо связи между семьей Миглинов и Эндрю: «Дьюк Миглин никогда не слышал о Кьюненене и тем более не был с ним знаком». Или: «Бейтлер и семья Миглинов просят особо подчеркнуть, что ни Ли Миглин, ни его сын Дьюк, живущий в окрестностях Лос-Анджелеса, никогда не были знакомы ни с Кьюнененом, ни с Трэйлом, ни с Мэдсоном».
Полиция спонтанного убийства тоже не исключала, но отнюдь не считала его единственной версией. Соседи Миглинов показали, что несколько дней подряд видели красный джип с миннесотскими номерами, припаркованный то на одной, то на другой улице вблизи дома Миглинов, с сидящими в нем двумя мужчинами. Но в конце концов в интересах потенциального судебного дела, полиция Чикаго и прокуратура штата, похоже, решили замять эти показания.
Когда Рон Уильямс, которого Эндрю некогда водил по ресторанам, услышал у себя в Лас-Вегасе, где он теперь жил и работал, что Эндрю подозревают в причастности к убийству Ли Миглина, его больше всего поразило, что у Миглина есть сын по имени Дьюк. Ведь Рон прекрасно помнил, как в 1994 году Эндрю хвастался, что в любой момент, если надумает, может податься в бизнес, поскольку у него есть в деловых кругах мощные тылы, на которые он всегда может опереться, — богатый инвестор-застройщик из Чикаго по имени Дьюк. «Я был в шоке», — говорит Уильямс. Но правоохранители на Рона Уильямса так и не вышли, а сам он, по понятным причинам, предпочел оставить это воспоминание при себе.
Риз
Если в земле, которую Господь Бог твой дает тебе во владение, найден будет убитый, лежащий на поле, и неизвестно, кто убил его, то пусть выйдут старейшины твои и судьи твои и измерят расстояние до городов, которые вокруг убитого… (Второзаконие 21:1–2)
На этом месте была открыта Библия, найденная на рабочем столе Билла Риза.
Эндрю был в панике. Все новостные программы сообщали, что за ним установлена электронная слежка. Ориентировку на разыскиваемый «лексус» каждые четверть часа транслировала мощнейшая (50 кВт) и популярнейшая местная радиостанция KYW. Какой-то свидетель уже сообщил, что видел, как Эндрю выламывает антенну из гнезда над задним стеклом «лексуса». Но, поскольку само передающее устройство в багажнике он найти не смог, телефон предательски активировался всякий раз, как только включали зажигание. Таким образом, рано или поздно полиция неизбежно настигла бы «лексус» с полным багажником следов кровавой расправы над Ли Миглином.
Тогда Эндрю свернул с трассы I-95 на Мемориальный мост через реку Делавэр, ведущий на восток, в штат Нью-Джерси, — иначе, продолжая двигаться в южном направлении, он вскоре оказался бы на самом оживленном участке I-95 на подъезде к Балтимору и Вашингтону, да еще и прямо средь бела дня. Перед въездом на мост, заметив справочную, он сдал к ней задним ходом и непринужденно расспросил во всех подробностях о том, что интересного можно посмотреть поблизости от моста на другом берегу реки.
Ближайшая достопримечательность в Нью-Джерси, сказали ему, парк Форт Мотт, возведенный в преддверии испано-американской войны 1898 года. С севера к парку Форт Мотт примыкает Национальное кладбище Финнс-пойнт, где в братских могилах захоронены жертвы Гражданской войны с обеих сторон, хотя южан там полегло много больше, чем северян. Много позже к ним добавились захоронения немецких военнопленных времен Второй мировой войны. Глуше места не сыщешь. Добраться до кладбища можно только по узкой грунтовке, идущей сначала через густой лес, а затем, ближе к реке Делавэр, через болото с камышами. Проселок утыкается в парковку перед массивными чугунными воротами кладбища, за которыми есть еще разворотный круг, слева от которого стоит каменный домик смотрителя, а справа — сарай и гараж.
Но сорокапятилетний Билл Риз именно за труднодоступность и уединенность полюбил это место всей душой. Он проработал там двадцать два года и гордился этим; земля мертвых была для него совершенно живой и прекрасной, на ней он чувствовал себя не кладбищенским сторожем, а хранителем истории. Работе Риз был предан настолько, что удостоился от Национальной системы мемориальных воинских кладбищ особой благодарности «за безупречную службу и преданность делу». Он знал все детали биографии каждого из двух тысяч солдат армий Конфедерации и Союза, погребенных под тщательно ухоженными им газонами, равно как и мельчайшие подробности всех сражений, которые они вели друг с другом. На протяжении двадцати лет он участвовал в постановочных реконструкциях битв той эпохи и даже снялся не просто в массовке, а в эпизоде в фильме «Геттисберг», посвященном решающему сражению Гражданской войны.