Куо помотал головой.
– Нет, ваша честь, – ответил он, – никакой крови могло не быть, если бы удар был нанесен тяжелым молотком, обернутым в плотный слой ткани.
Судья Ди кивнул.
– При вскрытии, разумеется, обнаружится проломленный череп, – заметил он. – Но если, предположим, это не так, какие еще доказательства насилия вы сможете найти на трупе? Все это случилось уже почти пять месяцев назад!
Многое зависит, – ответил горбун, – от качества гроба и условий, в которых он находится в могиле. Но даже если разложение зашло далеко, я думаю, мне удастся найти следы яда, изучая, например, состояние кожи и костного мозга.
Немного подумав, судья сказал:
– Согласно закону, эксгумация тела без веской причины является тяжким преступлением. Если при вскрытии не обнаружится неопровержимого доказательства того, что Лу Мин был убит, мне придется подать в отставку и сдаться властям, чтобы меня судили за осквернение могилы. Если к этому еще добавить ложное обвинение в убийстве мужа, предъявленное госпоже Лу, нет ни малейшего сомнения в том, что я буду казнен. Правительство защищает своих чиновников, во только если они не совершают ошибок. Наша императорская гражданская служба настолько сложна, что в вей не остается места для снисходительности по отношению к чиновникам нарушителям, даже если они действуют с лучшими намерениями.
Судья Ди встал и зашагал по кабинету. Три его помощника с тревогой наблюдали за ним. Вдруг он остановился.
– Мы проведем вскрытие! – твердо произнес он. – Я рискну!
Чао Тай и Тао Гань, похоже, сомневались. Последний заметил:
– Эта женщина обладает всевозможными темными секретами. А что, если она убила мужа, наведя на него порчу? Тогда на теле не найдется никаких следов!
Судья нетерпеливо помотал головой.
– Я верю, – сказал он, – что в этом мире есть много того, что недоступно для вашего понимания. Но я отказываюсь верить, что Августейшее Небо позволило бы темным силам убить человека с помощью одной лишь магии. Ма Жун, отдай необходимые указания старшему стражнику! Вскрытие тела Лу Мина состоится сегодня на кладбище!
20. На кладбище проводится вскрытие; очень больной человек рассказывает странную историю
В северном квартале города будто происходило великое переселение народов. Улицы были запружены людьми, идущими в сторону Северных ворот. Когда паланкин судьи Ди вынесли за ворота, толпа расступилась в мрачном молчании. Но как только показался паланкин поменьше, в котором несли госпожу Лу, стали слышны громкие насмешки.
Длинная череда людей направлялась по занесенным снегом холмам на северо-запад города, к плато, на котором располагалось главное кладбище. Люди шли по тропе, извивающейся между могильными холмиками, и останавливались у разрытой могилы в центре, где стражники сооружали временный шалаш из циновок.
Сойдя с паланкина, судья вошел в шалаш, где был организован временный суд. В центре стоял высокий деревянный стол, а за боковым столом сидел старший писец, согревающий своим дыханием замерзшие руки. Перед открытой могилой на подставке стоял большой гроб. Рядом стояли могильщик и его помощники. На снегу расстелили толстую циновку, а Куо сидел на корточках возле небольшой плиты, отчаянно раздувая огонь. Вокруг столпилось примерно триста человек.
Судья сел на единственный стул за столом, а Ма Жун и Чао Тай встали по обе стороны от него. Тао Гань подошел к гробу и с любопытством начал рассматривать его.
Носильщики поставили маленький паланкин, и старший стражник, открыв ширму-занавеску, в ужасе отпрянул. Все увидели неподвижное тело госпожи Лу, перевесившееся через перекладину.
Гневно зароптав, толпа подалась вперед.
– Посмотрите, что с этой женщиной! – приказал Куо судья Ди, а сам прошептал своим помощникам: Небу было неугодно, чтобы эта женщина умерла от наших рук!
Куо осторожно поднял голову госпожи Лу. Вдруг ее веки задрожали. Она глубоко вздохнула. Куо убрал перекладину, и она, пошатываясь и опираясь на палку, с его помощью прошла к шалашу. Увидев разрытую могилу, она закрыла лицо рукавом и отпрянула.
– Играет на публику! – с неприязнью пробормотал Тао Гань.
– Да, – с тревогой в голосе произнес судья Ди, – но публике это нравится!
Он стукнул по столу молотком. На холодном, открытом воздухе этот звук прозвучал удивительно слабо.
– Сейчас, – громко сообщил он, – мы произведем вскрытие тела покойного Лу Мина.
Вдруг госпожа Лу подняла взгляд и, опираясь на палку, медленно произнесла: