Обстановка богатая, спальня, похоже, женская. Вот только никакого мертвого некроманта в поле зрения не наблюдается. Вообще никого нет. И эта ужасная давящая тишина, которая всегда сопровождает Навь. Как будто через уши в голову натолкали вату.
Нина сосредотачивает все свое внимание на полу, на том месте, где как ей кажется, должны были найти мертвого некроманта, открывает рот и зовет:
– Владимир Федоров...
Тишина. Нина не слышит своего голоса. Не пугается, знает, что здесь так всегда. Но также знает, что если сосредоточится и изо всех сил напрячься, то ее беззвучный зов услышат в Нави. Поэтому она, набрав в грудь побольше воздуха, повторила:
– Владимир Федоров!
Невидимая вата была уже не только в ушах, но и во рту. Эта вата гасила все звуки, поглощала их, как песок поглощает воду. Быстро без остатка.
В комнате ничего не происходило. Ветер из открытого окна беззвучно колыхал тяжелую занавеску. Нина собрала все свои силы и крикнула безмолвно, как в кошмаре:
– Федоров!
Внезапно прямо перед лицом возникла женщина в длинном домашнем платье с белым кружевным воротничком. Темные волосы прикрывают плечи. Лицо бледное, ни кровиночки. Фигура стройная, можно сказать молодая, а лицо все в глубоких морщинах, как у старухи. Глаза блестят сумасшедшим огнем. Под ними огромные почти черные круги. Нижняя губа и подбородок дрожит.
Женщина смотрит прямо на Нину. Во взгляде ее отчетливо пылает ненависть. Она открывает рот, что-то яростно говорит, но Нина ничего не слышит. В голове по-прежнему вата. Закончив гневную тираду, женщина внезапно протягивает вперед руки и со всей силы толкает Нину в грудь.
Та, чтобы не потерять равновесие, делает несколько шагов назад, неловко размахивает руками, цепляется каблуком за складку ковра и падает на спину…
***
Издалека в ее сознание врывается голос Анчута.
– Нина, Нина! Да что вы стоите? Александр, некромант ты недоделанный, положи ее на кровать.
Нина открыла глаза и поморщилась. Малейшее движение отдавалась головной болью в затылке.
– Подождите, – слабым голосом сказала она, – не трогайте.
Закрыла глаза, пытаясь остановить кружащуюся каруселью комнату. Нина почувствовала, как чьи-то руки подхватили ее и положили на кровать. Она приоткрыла глаза убедиться, что эта не та кровать с балдахином, которую видела в Нави. Не та. Обычная кровать в номере у Александра. Зебры на стенах плясать перестали, но голова продолжала болеть.
Молодой человек налил ей в стакан воды из бутылки, стоящей на тумбочке. Нина сделала несколько глотков, вытерла капли с подбородка.
– Ну что там? Что там? – рядом подпрыгивал от нетерпения Анчут. – Видела его?
– Не видела, – выдохнула она. – Там что-то странное. Спальня и женщина, а Владимира Федорова нет.
– Странно… – озадачился Анчут. – Дом, ясное дело, старый. Наверняка здесь куча народу перемёрло. Но он же тоже… должен быть.
– Не знаю должен ли… но его там нет. Или я не дозвалась.
– А ты звала?
– Конечно, Анчут, что за глупые вопросы, – разозлилась Нина. Хотела рывком сесть на кровати, но приступ головной боли вернул ее на подушки.
– Конечно, конечно… Ты лежи. Это я так, – Анчут похлопал ее по руке. – Просто не ожидал я. Ну, думал, может некромант в Нави силен и разговаривать с тобой не станет, а то и нападет…
– Что?!!
– Да не. Ну как нападет? Это я так. Зачем ему нападать? Да и не просто это из Нави в Явь мертвому дотянуться…
– Не просто? Вон как меня эта тетка толкнула, чуть не убила… Анчут… – ошарашено произнесла Нина и перевела взгляд на Александра. – А что, если и твоего отца она… Толкнула, он и упал, как я … только не так удачно.
– Что за тетка? – нахмурился Александр. – Рассказывай все подробно.
Нина села повыше на подушках и, потирая пальцами виски, принялась излагать все что видела в Нави в мельчайших подробностях.
Анчут озадаченно поскреб пальцами подбородок.