По словам того же представителя, очевидным мотивом убийства является ограбление. У жертвы отсутствует бумажник. Личность убитого установлена по визитной карточке, найденной в кармане».
Далее в статье сообщались разрозненные сведения о Хаблере. Смерть Барри Мэйер упоминалась в последнем абзаце:
«Агентство, в котором работал Хаблер, недавно уже понесло утрату, когда его основательница и президент, Барри Мэйер, скончалась в Лондоне от разрыва сердечных сосудов».
Коллетт сидела на кушетке в гостиной. На ней был халат Верна. Она не сводила с газеты глаз. Уитли мерил шагами комнату.
— Может, это было совпадение, — без всякого выражения, на одной ноте выговорила Кэйхилл.
Уитли остановился у окна, глянул на улицу, побарабанил пальцами по раме, обернулся и сказал:
— Коллетт, не морочь себе голову. Не может. Один за другим — да еще в такой короткий промежуток?
В теленовостях пошел блок местных сообщений, и они прислушались. Прошло втором сюжетом. Ничего нового. Сам факт смерти Хаблера — очевидное ограбление — тонкий, остро отточенный предмет как орудие. Никаких подозреваемых. «А теперь вернемся в Нью-Йорк к Чарльзу Гибсону, у которого в гостях бывшая звезда рока, открывшая для себя религию».
Коллетт щелкнула выключателем. Они всю ночь провели без сна, сначала в гостиничном номере, потом, в четыре утра, перебрались в эту квартиру, где Уитли сварил кофе. Она плакала: больше всего от жалости к Дэйвиду Хаблеру, немного оттого, что была напугана. Теперь вместилища ее слез, подумала Коллетт, пусты. Все, что осталось, — пересохшее горло, резь в глазах да ощущение пустоты в желудке.
— Расскажи мне еще раз, как ты узнал, что Дэйвид мертв.
— Вот это уж самое настоящее совпадение, Коллетт. Я сидел в полицейском управлении Росслина, пытался выудить кое-какие сведения, ну, по моему заданию. И как раз при мне доложили о Хаблере. Благодаря тебе я сразу же понял, кто это такой. Ты столько о нем говорила тогда на вечеринке у себя дома, рассказывала, как этот тип, Хотчкисс, похвалялся, что наконец-то прибрал агентство к рукам, и какое это могло иметь значение для Хаблера.
— Ты в полиции просто случайно оказался? — В ее голосе слышалось сомнение.
— Ага. И как услышал про Хаблера, тут же побежал искать тебя в гостинице.
Она с силой выпустила струю воздуха сквозь губы и дернула себя за прядь волос.
— Это жуть, Верн, такая жуть!
— Тут и спорить не о чем, вот потому-то нельзя делать вид, будто произошло глупое совпадение. Послушай, Коллетт, ты ведь не веришь, что твою подругу Барри свалил инфаркт. Так?
— Этого я тебе никогда не говорила.
— И не требовалось. По тому, как ты говорила об этом, мне всё стало ясно. Если ты права — если ее кто-то убил, — тогда смерть Хаблера имеет, черт возьми, совсем другой смысл и значение! Так ведь?
— Я не знаю, как Барри умерла. Вскрытие показало…
— Какое вскрытие? Кто его делал? Ты сказала, какой-то лондонский врач? Кто он такой? Кто-нибудь здесь, как-то связанный с ее семьей, это подтвердил?
— Нет, но…
— Если Барри Мэйер умерла не естественной смертью, кто, по-твоему, мог убить ее?
— Черт возьми, Верн, я не знаю! Я больше вообще ничего не знаю.
— Еще кофе хочешь? — спросил Уитли.
— Нет.
— Давай рассмотрим все, не теряя головы, — сказал Уитли. — Тот, кто убил Хаблера, кто бы он ни был, мог убить и Барри, так? Мотив, не исключено, имел отношение к агентству, к клиенту, издателю или этому типу Хотчкиссу. Что ты о нем знаешь?
— То, что он мне не очень-то понравился, что он ужинал с Барри вечером перед тем, как она умерла, и что он заявляет, будто подписал с нею партнерское соглашение.
— Бумаги он показал?
— Нет.
— Ты знаешь, где он живет, где его контора в Лондоне?
— Где-то записано. Хотя он и не там сейчас. Он в Вашингтоне.
У Уитли округлились глаза.
— Он здесь!
— Да. Записку мне оставил. Он в «Уилларде».
— Ты говорила с ним?
— Нет. Когда я позвонила, его не оказалось на месте.
Уитли снова принялся вышагивать по комнате. Задержался у окна.
— Давай я поговорю с Хотчкиссом, — сказал он.
— Зачем тебе это нужно?
— Интересно.
— С чего? Никого из этих людей ты не знаешь.
— Все, что со мною сейчас творится, из-за тебя. — Он сел рядом и тронул ее за руку. — Послушай, Коллетт, выписывайся-ка из гостиницы и переезжай сюда ко мне. Брата еще недели две не будет.
— Я думала…
— И я тоже, но вчера он позвонил из Африки. Заказные фото брат сделал, теперь хочет поснимать для себя.