Кэйхилл глянула на часы.
— Вам пора уходить, — сказала она, — и меня ждут. Но я не могу не чувствовать, что должна как-то отплатить за вашу щедрость.
— Не говорите глупостей, — попенял он, провожая ее до двери.
— Если б вы завтра не улетали, я пригласила бы вас составить мне компанию и пойти в Центр Кеннеди. Я раздобыла-таки два билета на великолепное представление, а получается, что я одна на оба билета.
— Черт, жаль, что не смогу, — сказал он, — просто никак не получится. У меня там, дома, уже днем встречи назначены. Найдете кого-нибудь еще.
Она обрадовалась его отказу. Предложение было скоропалительным: один из в спешке заготовленных ею вариантов сойтись с Эдвардсом поближе. Но тогда бы, сообразила она, оказалось страшно неудобно, если вообще возможно, встретиться в антракте с Джо Бреслином. Знал ли Эдвардс Бреслина и Хэнка Фокса? Вероятно, имена ему знакомы, но лично не встречались. Агенты вроде Эдвардса действуют исподтишка, редко соприкасаясь с управленцами. Есть у них свой единственный контакт в Лэнгли, ну, еще кое с кем из оперативников на местах знаются, вот и все. Повадки зверя. А вот знал он о ней или нет — это другое дело, мост, который предстоит перейти, когда…
— Как в посольстве дела идут? — спросил он уже у самой двери.
— Нормально, судя по последним сведениям.
— Вы все в том же отделе?
А какой подразумевался отдел? Она ответила:
— Да.
— Когда намерены прибыть на БВО?
— Думаю, наверное… сегодня у нас среда… наверное, в субботу.
— Отлично. «Панам» летает до Сан-Хуана, оттуда вы можете пересесть на рейс «Эйр БВО». Открылась и новая прямая линия из Майами.
— По мне, уж лучше из Нью-Йорка лететь. — А в памяти сделала зарубочку разузнать про рейс из Майами. — Спасибо за приглашение.
— Буду ждать вас. Телефон мой у вас есть. Сообщите, когда прилетаете, и я организую встречу.
— Вот это потрясающе!
— Это ради Барри. Увидимся на солнышке через пару дней.
18
Театр танца из Гарлема закончил первый акт под шквал аплодисментов двух с половиной тысяч зрителей, заполнивших концертный зал Центра Кеннеди. Кэйхилл, сидевшая в центре двенадцатого ряда, восторженно присоединилась к общему ликованию. Взяв плащ со свободного места рядом, она двинулась вместе с толпой, которая, как паста из тюбика, выдавливалась в Большое фойе, Зал Штатов и Зал Наций. До начала представления, когда публика только собиралась, шел дождь, но во время первого акта он прекратился.
Она пошла к двери, ведущей на широкий открытый балкон с видом на Потомак, и выглянула наружу. Немногие вышедшие на свежий воздух зрители держались маленькими группками, разделенные лужами. Коллетт скользнула взглядом по перилам со стороны реки и увидела Джо Бреслина. Он стоял спиной к ней. Синий трубочный дымок вился над ним, тая в сыром ночном воздухе. Кэйхилл подошла к нему сзади.
— Приветствую, Джо.
Не оборачиваясь, он сказал:
— Чудесный вечер. Мне нравится вот так, сразу после дождя.
Она встала рядом у перил и посмотрела вдаль, за реку, в сторону Национального аэропорта. Реактивный лайнер свистяще провизжал над головой, устремляясь к спасительной тверди посадочной полосы, выпущенные шасси его походили на когти хищной птицы, подлетающей к ветви дерева. Когда шум самолетных двигателей стих вдали, Бреслин спросил:
— Понравилось представление?
— Очень. А тебе?
— Не самый любимый вид развлечений для меня, но, полагаю, это тоже нужно.
Она пустилась было обсуждать достоинства танцевальной труппы, но сообразила, что не за тем они тут встретились. Доложила:
— Я установила контакт с Эриком Эдвардсом.
— И?
— Полечу к нему в гости на БВО в субботу.
Джо быстро повернул голову, внимательно посмотрел на нее, улыбнулся, взметнул брови и вновь обратил свой взор на реку.
— Быстро получилось, — сказал он, и в голосе его прозвучало неодобрение.
— Оказалось легко — Барри вымостила дорогу.
— Барри?
— Связующая нас нить. Мне не потребовалось влезать в шкуру обольстительницы. Благодаря ей мы просто пара друзей.
— Понятно. Ты у него остановишься?
— Да, или дома у него, или на одной из его яхт.
— Хорошо. Как ты с ним встретилась?