Глава 21
— За историей Джейн Рейли стоит нечто важное, до чего мы должны докопаться, — заключил Ренат. — Бушинского якобы интересует героиня рукописи. Он хочет, чтобы мы создали компьютерную модель поведения, выведенную из текста и тех данных, которые он предоставил.
Лариса настаивала на том, что сами данные следует отделить от сюжетной канвы.
— «Записки» содержат информацию, которую мы обязаны понять.
Ренат не мог не согласиться с тем, что текст только с виду кажется образцом посредственной беллетристики. В нем скрыта какая-то правда.
— Возможно, стиль намеренно размыт, чтобы не нести явных признаков, свойственных мужской или женской прозе. В редакции журнала мне пришло в голову, что автором могла бы быть Рассохина.
— Зачем ей дурацкий розыгрыш?
— Зачем! Вот в чем вопрос…
— Допустим, она неравнодушна к Бушинскому и решила таким способом закрутить с ним роман. Виртуальный и потому — особенный.
— Когда интрига раскроется, наш клиент будет разочарован, — заметила Лариса. — Рассохина потерпит сокрушительное фиаско. Такие мужчины, как Бушинский, не прощают обмана, тем более унизительного, что он легко поддался этому обману. Его самолюбие пострадает.
— Его самолюбие — не наша проблема. Мы должны уберечь Бушинского от наихудшего сценария.
— Понять бы, в чем заключается этот сценарий! Все мои попытки установить мысленный контакт с Джейн терпят провал.
— Ты испытываешь жуткий холод, окоченение и впадаешь в состояние сосульки? — нахмурился Ренат.
— Очень похоже. Я неоднократно пробовала осуществить телепатическое подключение. Как Вернер учил. Вышло именно то, что ты озвучил.
— Как будто в холодильнике побывала, да?
— В морозильной камере. Ужасное ощущение, — поежилась Лариса. — Чувствуешь себя мамонтенком Димой. Что бы это значило?
Ренат промолчал. Надо дальше штудировать текст, чтобы найти ответ на этот вопрос.
— С Бушинским проще, — признал он. — Начальное телепатическое единство мне удалось установить. Не скажу, что это было приятно. Прошлой ночью Самсону Карловичу… перерезали горло, и он истек кровью. Я не шучу!
— Так он что же… мертв?
— Не совсем. Его посетила ведьма, которая вместо крови перелила ему какое-то колдовское зелье. Выходит, Бушинский теперь не тот человек… вернее, он подвергся некой символической процедуре. В общем, я не могу найти этому объяснения.
— Ты меня пугаешь…
— Мне самому не по себе. Самсон Карлович преподнес сюрприз!
— Где он сейчас?
— Дома. Он явно не в своей тарелке после случившегося. Списывает всё на ночной кошмар. Может, так и есть… но я склонен считать, тот эпизод частью реальности, о которой мы пока не подозреваем.
Они сидели в зале для медитаций, жгли сандаловые угли и вдыхали ароматный дым, под который лучше думалось.
— Джейн пережила ледниковый период? — засмеялась Лариса.
— Я бы сказал — не пережила!
— Боже мой… а ведь ты попал в точку. Она замерзла! Насмерть…
— Но в рукописи об этом ни слова.
— Мертвые не пишут воспоминаний.
— Я бы не был так категоричен, — возразил Ренат. — Речь как раз идет о чем-то подобном. Представь себе реку, текущую между двух берегов. Один из них — жизнь, другой — смерть. Через реку можно проложить мост, а если найти мель, то и вброд перейти.
— По-твоему, Джейн… нашла мель?
— Она строит мост!
Ларису охватило нервное возбуждение. Она вскочила с дивана и начала прохаживаться вокруг курильницы, где тлели кусочки сандалового дерева. Запах дыма напомнил ей уроки Вернера, который утверждал: «Иногда вода течет вверх!»
Между тем Ренат включил ноутбук и открыл файл с текстом.
— В прошлый раз мы остановились на том, что Джейн схватила кочергу и приготовилась обороняться от незваного гостя…
Грибник постоял на пороге, вглядываясь в сумрак избушки, и сделал шаг вперед…
От прямого удара тяжелой железякой по черепу его спасло чутье. Доля секунды решила исход поединка. Боковым зрением он успел заметить мелькнувшую тень и резко уклониться в сторону. Кочерга задела его плечо по касательной. Благодаря своей реакции он отделался испугом и ссадиной.
Джейн выронила оружие, и железяка с грохотом упала на грязный пол. Грибник отбросил корзину и метнулся к ней, заломил руки за спину, ища, чем бы связать противника. В пылу борьбы вязаная шапочка свалилась с головы девушки, и ее волосы рассыпались по плечам.