— Чертовщина! — выругался Бушинский, смахивая ладонью испарину со лба.
— Кошмар приснился?
— Не без того. Нервы шалят, Аркаша. Устал я! Решил отдохнуть. Плюнул на всё и приехал! На реке тихо, свежо… не то, что в городе. Ничего не хочется, веришь? Только лежать в саду в гамаке и ни о чем не думать. Ни о чем!
— Значит, рыбалка отменяется?
— На сегодня да. Доживем до завтра, поглядим.
— Ты один приехал? — как бы между прочим спросил управляющий. — Без жены?
Вопрос насторожил Бушинского. Он вспомнил свой сон и обещание, данное Джейн.
— Ее еще не хватало! Посидим вдвоем, поболтаем, сверчков послушаем. А ты что, по Татьяне соскучился?
— Просто ты убить ее грозился…
— Убить? — натянуто усмехнулся хозяин. — Ты что-то путаешь, брат.
— Ты во сне обещал прикончить ее. Я слышал.
— Так то во сне! Чудак ты, ей-богу. Мало ли, что человек спросонья бормочет.
— Ты говорил, она вроде тоже собиралась приехать…
— Собиралась, да передумала. У Татьяны семь пятниц на неделе. В Москве осталась, на какую-то премьеру идет. И меня в театр тащила, но я отказался.
Ступников все топтался в гостиной, не уходил. Слова хозяина обеспокоили его. Раз Бушинский врет, тому есть причина. Татьяна не зря его боялась.
— Ты в подвал спускался? — зачем-то спросил он.
— Нет. На кой мне подвал?
— Может, меня там искал?
— Я дом обошел, а до подвала не добрался. Выпил рюмашку и лег. Сморило.
Бушинский не понимал, с какой стати он врет, выкручивается. В конце концов, это его собственность. Здесь всё принадлежит ему. И дом, и сад, и подвал — всё! Он может хоть поселиться в подвале!
Но что-то мешало ему признаться, что он осматривал каждый закоулок, в том числе и подвал…
Глава 33
Квартира, которую снимал Беспалый, была опечатана. Рассохина осторожно поддела ножом бумагу, и та отклеилась. В прихожей пахло тленом. Мысль о том, что здесь недавно лежал труп, наводила на хозяйку жуть.
Она, прихрамывая, вошла в комнату. На месте, где обнаружили мертвого жильца, остался меловой контур и бурое пятно. Настя содрогнулась, но все-таки взялась за дело. До нее тут все обшарили криминалисты, рылись в вещах, снимали отпечатки пальцев.
Рассохина вспомнила наглый тон следователя, его скабрезные шуточки и намеки.
«В каких отношениях вы были с погибшим?» — допытывался он.
«В деловых. Я сдавала ему жилье! Сколько можно спрашивать одно и то же? Ищите убийцу, а не копайтесь в моем грязном белье!»
«Вы одинокая женщина…»
«Это не значит, что я прыгаю в постель к первому встречному!»
«У вас есть э-э… как это сейчас называется… бойфренд? Ухажер? Может, вашего жильца убили из ревности?»
Следователь решил пойти по самому простому пути. Зачем искать убийцу, когда можно все повесить на хозяйку квартиры? Алиби у нее нет, денег, чтобы откупиться, тоже. Влиятельный покровитель пока не обозначился. Правда, доказательства против нее косвенные, их отметет любой мало-мальски толковый адвокат. Но вдруг удастся запугать женщину и выудить у нее признание? Без этого дело развалится в суде.
Настя не собиралась ни в чем признаваться. Поквартирный обход, похоже, ничего не дал. Слава богу, соседи не видели, как она заходила к Беспалому в день убийства. Да, они с жильцом говорили по телефону накануне того рокового вечера. Ну и что? Речь шла о плате за квартиру. Жилец просил о рассрочке, она согласилась подождать. Вот и все! Улик против нее никаких! Пусть ищут в театре, где работал покойный. Там-то уж наверняка кто-нибудь сообщит о романе молодого актера с замужней бухгалтершей. Вот вам и мотив, и подозреваемый. Даже целых два! Сама бухгалтерша и ее богатенький супруг. Любой из них мог расправиться с погибшим.
Лучшая защита — это нападение. Если следователь будет гнуть свою линию, придется перенаправить его внимание в нужную сторону.
Ломая голову, как ненавязчиво перевести стрелки на Бушинских, Настя методично обыскивала квартиру. Гена мог куда-то запрятать записи с камеры наблюдения. Его ноутбук забрали криминалисты, но вряд ли он настолько глуп, чтобы держать компромат в домашнем компьютере.
— Если бы эту самодельную порнуху обнаружили, сразу занялись бы Татьяной и ее муженьком. А так меня дергают, — бубнила Рассохина, заглядывая во все укромные уголки.