— Ты исключаешь, что убийца — Бушинский?
— Он напуган и страдает комплексом вины. Но это… давняя вина.
— В любом случае в Трошино мы что-нибудь накопаем. Бушинский вызвал Ступникова в Москву. У нас развязаны руки…
Глава 50
Алину трясло. Едва за шефом закрылась дверь, она скорчилась от боли. Ни с того ни с сего схватило живот. Это всё нервы.
Самсон Карлович зыркнул на нее так, что у нее пропал дар речи. Видимо, он не забыл той ночи… той ужасной ночи в отеле! Он наверняка тоже искал чертову гостиницу. Вероятно, он тоже побеседовал с таксистом.
Она с замиранием сердца ждала скандала, но его не последовало.
— Бушинскому не до тебя, — успокоил секретаршу молодой парень, который сидел в приемной, ожидая аудиенции. — Поползли слухи, что у него жена пропала. По ходу, бросила его! Сбежала с любовником! Даже записки не оставила. Вот он и бесится.
— Я не знала… — зачем-то солгала Алина.
— Скоро узнаешь. Об этом уже шепчутся. Она в театре работала. Видимо, нашла себе поклонника и — фьють! Поминай как звали!
— Она бухгалтер, а не актриса, — возразила секретарша.
— Да? — удивился финансист. — Надо же! Я думал, она на сцене играла. И заигралась!
Девушка покосилась на дверь и поежилась. Самсон Карлович не терпит сплетен.
— Боишься, что услышит?
— Вы потише говорите, — прошептала она. — Не то мне попадет! Он и так на меня взъелся. Кричит и кричит!
Значит, жену Бушинского до сих пор не нашли. Это пугало Алину. Неужели после той ночи у шефа крыша поехала? Жидкость, которую колдунья залила в его жилы вместо крови, наверняка подействовала не лучшим образом.
— Он ее убил! — прошептал парень и весело подмигнул секретарше.
— Кто?..
— Бушинский убил жену, спрятал тело и подал в розыск. Пусть ищут! Со временем дело сдадут в архив, а с него как с гуся вода.
Алина молча уставилась на него, не в силах проронить ни слова.
— Ты небось не прочь окрутить его? Смотри, как бы он и тебя не прикончил. Позабавится, и в расход.
У секретарши потемнело в глазах. Она вздрогнула и, ломая ногти, вцепилась пальцами в край стола. Из-за двери кабинета раздался недовольный голос шефа. Тот громко отчитывал кого-то по телефону. Алина сквозь дурноту улавливала обрывки фраз.
— Ты еще не выехал? — возмущался Бушинский. — Давай, поторапливайся!.. Нотариус ждет!.. Да… Документы уже готовы!.. Давай, пока…
«Какой нотариус? — подумала Алина, и у нее свело зубы от страха. — Я что, забыла позвонить нотариусу?.. О, черт!»
Она отдышалась и опасливо покосилась на парня в приемной. Заметил ли тот, что ей плохо?
— Ой!..
Стул, где за минуту до этого сидел молодой человек, был пуст. Посетитель словно растворился в воздухе. Девушка не могла понять, куда он делся. Может, зашел в кабинет, пока она боролась с дурнотой?..
Внедорожник Рената прятался в кустах за поворотом, откуда должен был выехать Ступников.
— Где же он? — заволновалась Лариса. — Вдруг мы ошиблись, и он поедет в Москву на рейсовом автобусе?
— Бушинский сказал, что управляющий обычно берет его машину. Он не переносит ни электричек, ни автобусов. Привык к комфорту.
— Вдруг он поедет другой дорогой?
— Здесь нет другой нормальной дороги. Вряд ли Ступников потащится по грунтовке в объезд. Я бы на его месте не рискнул. Видишь лужи? После дождя все раскисло.
В подтверждение его слов из-за деревьев показался черный «Мицубиши».
— Вот он! — обрадовался Ренат. — Только не один! Чувствуешь?
Для верности он приложил к глазам бинокль. Рядом с водителем сидел пассажир. Вернее, пассажирка.
— В машине еще кто-то есть. Кажется, женщина. Сквозь тонированные стекла толком не разберу…
— Это Рассохина, — уверенно сказала Лариса. — Узнаю ее напряженную энергетику. Это она!
— Может, управляющий подобрал кого-то из местных?
— Это Рассохина! После увольнения она приехала к любовнику поделиться болью.
— Ты права, — сдался Ренат. — Они оба злы на Бушинского. Каждый по-своему.
«Мицубиши» промчался мимо, и Лариса убедилась, что они не ошиблись. Номера были те самые, которые назвал Самсон Карлович.
— Надеюсь, управляющий не вернется внезапно и не застанет нас в доме?
— Он поглощен предстоящей сделкой. Его бдительность притуплена.
— Жадность — плохое качество, — кивнул Ренат, выруливая из лесопосадки на асфальт. — Оно часто подводит своих обладателей.
Лариса закрыла глаза и настроилась на Рассохину. В душе оскорбленной женщины кипела обида, замешанная на страхе.