Ветер бросил ей в лицо охапку колючего снега, и Ханна задрожала от холода. Она уже хотела вернуться на теплую кухню, как вдруг заметила между двух машин на парковке сугроб странных очертаний. Как будто там притаилось какое-то животное с густой шерстью. Но какое? Для медведя слишком маленькое, для собаки слишком большое.
Любопытство Ханны разгорелось. Теперь она не могла вернуться на кухню, не выяснив, что за зверь прячется на стоянке. Ханна торопливо направилась к подозрительному сугробу. К счастью, на ногах у нее по-прежнему были зимние ботинки на лосином меху — подумать только, а ведь в мире столько людей, которые лося и в глаза-то не видели.
Когда Ханна подобралась к сугробу на достаточное расстояние, ее свитер весь залепило снегом. Она наклонилась, чтобы разглядеть странного зверя, — и резко отпрянула. Пушистая шкура на самом деле оказалась роскошной шубой новой жены Мартина. Никаких других животных на стоянке не было, если не считать засахаренного оленя, валявшегося у ног Брэнди. Рядом лежали обломки рождественской елочки и колокольчика, покрытых красно-зеленой глазурью. Судя по всему, Брэнди взяла несколько печений и вышла сюда, чтобы отведать их на свежем воздухе. Главное: не прихватила ли она с собой заодно и лопатку для торта?
Лишь бы только Брэнди просто поскользнулась и упала! Ханна тронула ее за плечо.
— Брэнди? Тебе помочь?
Брэнди ничего не ответила. Ханна нахмурилась. Все это ей очень не нравилось.
— Брэнди? — позвала она снова, чуть сильнее тряхнув ее за плечо. Может, сбегать за доктором? Танцовщица по-прежнему не шевелилась. А вдруг она специально притворяется? Ханна отправится за помощью — а Брэнди сбежит, прихватив с собой бесценную антикварную лопатку.
Раненого человека нельзя перемещать самостоятельно — это Ханна твердо знала. Сколько жертв аварий погибло из-за того, что добрые самаритяне пытались оттащить их в другое место без носилок и шейного воротника. Но Ханна и не собиралась никуда тащить Брэнди. Просто еще в колледже она ходила на курсы медсестер и знала, где у человека на шее можно пощупать пульс.
Она потянула за мешавшийся воротник, незастегнутая шуба распахнулась — и у Ханны перехватило дыхание.
Она все-таки пощупала Брэнди пульс, хотя это и было абсолютно бесполезно. Спереди дорогой мех весь пропитался кровью. С такой раной в груди нельзя выжить. Пошатываясь, Ханна поднялась на ноги. От вида крови ее начало подташнивать.
Дверь кладовой хлопнула, и она услышала голос Эдны:
— Ханна? Ты здесь?
— Здесь.
— Ты нашла лопатку?
Ханна посмотрела на Брэнди. Между двух роскошных, явно силиконовых грудей по самую рукоятку сидела антикварная лопатка Делорес.
— Нашла.
— Слава тебе, господи! — воскликнула Эдна. — Неси ее скорее сюда, пока Делорес не хватилась.
Ханна задумалась. Больше всего ей сейчас хотелось немедленно вытащить лопатку из Брэнди и сбежать на кухню. Но долг гражданина Соединенных Штатов возобладал над эмоциями. Не могла же Брэнди сама себе воткнуть в грудь острую лопатку. Значит, здесь произошло убийство. А трогать что-либо на месте преступления строжайше запрещено законом.
— Прости, Эдна, но я… не могу.
— Почему?
— Из-за Брэнди.
Ханна повернулась и направилась в кухню объяснять смысл этих слов.
Глава 10
Рассказав Эдне о том, что произошло, и взяв с нее клятву молчать, Ханна вернулась в зал. Ей нужен был Майк.
— Привет, Ханна, — улыбнулся Майк, когда она похлопала его по плечу. — Как поживают десерты?
— С десертами все отлично. А вот с лопаткой для торта не очень. Пойдем. Мне нужно тебе кое-что показать.
— Прямо сейчас? — спросил Майк, любовно оглядывая большую порцию Sauerbraten у себя на тарелке.
— Да, — Ханна чуть не силой вытянула Майка из-за стола. — Не волнуйся, Эдна посторожит твою тарелку. И возьми куртку.
— Разве мы пойдем на улицу?
— Улыбайся. Я не хочу, чтобы остальные что-нибудь заподозрили.
— А разве что-то случилось?
— Еще как, — заверила его Ханна. Они быстро прошли на кухню. Там Ханна отдала тарелку Майка Эдне. — Прибереги ее, пожалуйста, для Майка. Можно взять твою куртку?
— Конечно, — Эдна поставила тарелку в микроволновку и махнула рукой в сторону вешалки.
— Неужели труп в кладовой? — спросил Майк, когда Ханна открыла дверь.