разбил его рукояткой пистолета и высунул локоть в окно. Положение было крайне неудобное, стрелявшие были сзади. И хоть они и не обращали на него внимания, ему нужно было ешё и смотреть на дорогу. Всё же поймав момент ровной дороги, он повернул голову назад, но выстрелить не успел, так как оказался как раз на траектории полёта пуль между машиной Ткача и стрелявшими. Одна из пуль попала в его высунутую в окно руку возле локтя. Он закричал от боли и, выронив пистолет на пол машины, тоже надавил на газ, и помчался в проулок на улицу Волочаевская. Сворачивая на неё, он успел заметить, что машина Ткача тоже набирает ход и несётся в сторону Слободки.
— Сука, бл…дь! — неизвестно кому орал Дон, закрывая голову руками. — Убью, на х…й, падла!
— Подними пушку, Дон, у меня в ногах, быстрее!— перекрикивал его Виталий. — Да быстрей, Дон, я ранен!
— Я стрелять не умею, Виталя, я не попаду! — кричал Дон в ответ, всё же лихорадочно шаря по полу и под-
нимая пистолет.
Виталий резко оглянулся назад и, никого не увидев, остановился. Забрав у Дона пистолет левой рукой и морщась от боли, он внимательно смотрел в заднее стекло, но за ним никто не ехал. Дон, тоже смотрящий туда же втянув шею, выдохнул:
— Никого.
Видимо, нападавшие не стали преследовать Ткача, а свернули по кольцу в обратную сторону. Стрельба привлекла немало внимания, и им тоже не было резона попадать в милицию. Это хоть и не под пули, но всё
равно мало приятного.
Виталий тоже выдохнул и заорал, схватившись за локоть и только сейчас почувствовав боль по-настоящему.
— А-а-а! Бл…дь!
— Куда тебя?! В руку?! Давай в больничку быстро!— забеспокоился опять Дон.
— Какую на хрен больничку?! — взревел Виталий и нажал на газ. — В «Тройку». Там Кирьян. Мож, и братуха там.
Он понёсся быстро, боясь, что потеряет сознание. Дон был, конечно, очень ценным для него человеком. Но у него были некоторые очень отрицательные качества. Помимо того, что он не умел стрелять, он ещё и зарулём мог нормально проехать только до первого поворота, если по дороге не будет столбов. Хоть они и учились когдато вместе с Виталием на водителя в одном училище, Олег не успел научиться водить до того, как его оттуда выгнали вслед за Виталием. Но до магазина «Тройка» было не более километра, и они доехали нормально.
В кабинете охранников магазина «Тройка» шла почти настоящая операция, если не считать того, что оперируемый был не под наркозом, и орал так, как будто его резали, что в принципе так и было. Да и оперировал не хирург, а какойто знакомый Кирьяна, который когдато работал в ветеринарной клинике. Но сейчас выбора у парней не было, приходилось доверять. Всё же хоть какойто врач — это лучше, чем они бы доставали эту пулю сами, как они хотели вначале.
Толли, Кирьян и Дон держали лежащего на животе орущего Виталия, пока этот мужчина в годах резал его руку возле локтя.
— А-а-а, блядь, пусти, сука, я сказал! — кричал Виталий, вырываясь.
— Да отпусти, бл…дь, больно, сука!
— Держи-держи его крепко, уже всё почти! - орал Кирьян, видевший всю операцию.
— Тихо-тихо, братуха, щас пулю вытащим, тебе же лучше будет! — Толян придавливал его всем своим весом.
— Да я е…ать её хотел! Пускай там сидит! Пусти! А-а-а-а! — орал благим матом Виталий.
— Не дёргайся, говорю, а то щас в больничку отвезу! — Толян продолжал удерживать. — Там мусорам объяснять будешь, вытаскивать пулю и там оставить!
Мужчина тем временем вытащил пулю пальцами . и, бросив её на стол, схватил накалённый на плитке нож.
— Держите крепче! — крикнул он и, когда все напряглись, сдавил края кровоточащего надреза и прислонил раскалённую докрасна круглую ручку ножа.
— А-а-а, блядь! — опять взревел Виталий. — Убью, сука, встану! А-а-а!
— Всё! — сказал громко мужик, выпрямляясь и дерё жась за свою спину.
— Бинтуйте!
Кирьян схватил бинт и начал бинтовать руку Виталия, которую продолжал удерживать.
— Не загниёт, ничё? — спросил Толян.
— Не должно, я обработал, — ответил мужик както равнодушно, как будто вытащил пулю у дворняги в своей ветклинике.
— А если что, потом-то и в больницу можно обратиться. Пули-то уже нет. Сказать, что упал на какой-нибудь штырь, торчащий из острых раскалённых камней гденибудь в сауне.
Толин молча непонимающе смотрел на него.
— Ну чтоб надрез этот объяснить, который я сделал, — сказал мужик, заметив недоумённый взгляд Толяна. Потом он взял пулю в руки и, повертев её в руках, сказал: — Да вообще-то нормально должно зажить. Повезло, что с ПМа.